http://www.funkybird.ru/policymaker

Кого пугает «палка о двух концах»?

В американском экономическом и политическом истэблишменте разворачивается активная полемика относительно отмены известной поправки Джексона-Вэника и, одновременно, введения визовых санкций в отношении россиян, якобы причастных к нарушениям прав человека (так называемый закон о «списке Магнитского»).

Международный комитет сената конгресса США во вторник должен проголосовать по законопроекту о визовых санкциях. Ожидается, что с большой долей вероятности этот законопроект будет принят, поскольку его поддерживают как республиканцы, так и демократы.

Напомним, что международный комитет палаты представителей утвердил свой вариант законопроекта о визовых санкциях еще 7 июня, а голосование по нему должно было состояться неделю назад, однако было перенесено. Если сегодня оно пройдет успешно, то законопроекту предстоит утверждение в финансовом и юридическом комитетах, а затем и рассмотрение полным составом палаты представителей. Силу же закона законопроект приобретет после того, как два его идентичных варианта утвердят сенат и палата представителей конгресса. После этого согласованный единый вариант поступит на подпись президенту.

Как полагают в американских политических кругах, закон о «списке Магнитского» должен оказать определенное давление на российские власти, не соблюдающие права человека. В качестве «наказания», фигурантам списка въезд в США будет запрещен даже в случае, если американская виза им была выдана до вступления закона в силу. Все такие визы будут аннулированы. Дополнительно к визовым санкциям законопроект предусматривает экономические: все счета в американских банках, а также собственность упомянутых в списке лиц, находящаяся на территории США, будут заморожены.

Стоит отметить, что закон является скорее политической декларацией: в июле 2011 года госдепартамент уже составил список российских чиновников, которым запрещен въезд в США в связи делом Магнитского. Хотя, как утверждается, список введен в действие, представители госдепартамента отказываются его обнародовать.

Однако новый разворот дел вокруг пресловутого списка вызвал очередную волну полемики в России и в США. Москва и Вашингтон на самом высоком политическом уровне обменялись заявлениями относительно возможных последствий его принятия. «Закон Магнитского», как его называют в России, обсуждался в ходе встречи президентов РФ и США Владимира Путина и Барака Обамы, прошедшей на полях недавнего саммита «двадцатки» в Лос-Кабосе.

Хотя в Москве давно сложилось впечатление, что закон в той или иной форме будет принят, Путин на встрече с Обамой подчеркивал, что шаги по поводу закрытия въезда тем или иным конкретным лицам можно предпринимать в закрытом порядке, «а не в столь демонстративной и вызывающей форме».

В Лос-Кабосе Путин также сообщил, что «если будут какие-то ограничения, связанные с какими-то гражданами России на въезд в Соединенные Штаты, значит, будут соответствующие ограничения на въезд в Российскую Федерацию энного количества американцев». «Я не знаю, зачем и кому это нужно, но если кто-то это сделает, значит, так и будет», — сказал российский лидер.

Между тем, законопроект о «списке Магнитского» существенно затормозил отмену известной поправки Джексона Вэника, принятой конгрессом в 1974 году и вводившей ограничения на торговлю с СССР. Вопрос об увязке отмены поправки с принятием «списка» возник в конце 2011 года, когда ряд парламентариев заявили, что поддержат усилия по приданию торговым отношениям с РФ статуса нормальных только в обмен на закон о соблюдении прав человека.

Администрация США резко выступила против этого, однако к настоящему моменту не смогла собрать достаточное количество сторонников своей позиции в конгрессе. Как отмечал заместитель советника по нацбезопасности США по стратегическим коммуникациям Бен Родс, «мы хотим установления постоянных нормальных торговых отношений с Россией, потому что считаем, что это отвечает интересам американского бизнеса, американских рабочих и это будет способствовать созданию рабочих мест в США».

Естественно, представители американских деловых кругов оказывают максимальное давление на законодателей с тем, чтобы решения по поправке Джексона-Веника и предоставлении России соответствующего торгового статуса были приняты до официального вступления страны в ВТО. Кстати, российская Госдума приняла решение рассмотреть вопрос о вступлении России в ВТО уже 4 июля, а не в двадцатых числах июля, как предполагалось ранее.

Американское экономическое лобби считает нецелесообразным увязывать два закона, хотя бы только потому, чтобы не вызвать ненужной на данном этапе негативной реакции российской стороны. В Вашингтоне опасаются потерять значительные выгоды от возможности расширить свое присутствие на российском рынке. К слову, в 2011 году США экспортировали в Россию товаров и услуг на $1 млрд и эта цифра к 2017 году может быть удвоена.

Таким образом, ситуация с «Магнитским» и «Джексоном-Вэником» создается парадоксальная. С одной стороны, после вступления России в ВТО и снятия поправки американцы могут улучшить свои возможности для ведения бизнеса в России, но с другой — закон очевидно ухудшит политический климат для этого бизнеса.

Чтобы полностью понять ситуацию, нужно еще дождаться «зеркального» ответа Москвы. Если в ответный список будут включены фамилии каких-то американских чиновников, это не принесет ожидаемого результата. Заокеанские парламентарии не имеют счетов в Сбербанке и не обладают недвижимостью на Рублевском шоссе. Да и побродить по туристическим тропам Подмосковья они вряд ли горят желанием.

Если же гонениям подвергнутся представители бизнеса, это палка о двух концах. В российском экспорте в США преобладает сырьевая составляющая при низкой доле готовой продукции, в импорте же — технологии и продовольствие. Иначе говоря, несмотря на положительное сальдо товарооборота с США, Россия выступает как преимущественно развивающаяся страна, обладающая экономическим потенциалом более низкого уровня.

Вместе с тем, как отмечал в интервью «Росбалту» член научного совета московского Центра Карнеги Андрей Рябов, вряд ли принятие «списка Магнитского» окажет сильное влияние на двустороннее взаимодействие в долгосрочном плане. «Есть темы, в которых сотрудничество идет и развивается. Это, прежде всего, взаимодействие на международной арене, крупные межгосударственные бизнес-проекты. Есть вещи, значимость которых выходят далеко за пределы интересов тех или иных персон, групп или даже государственных институтов», — отмечал эксперт.

По его словам, поскольку никаких особо громких и известных имен в этом списке нет, в основном – чиновники «третьего эшелона», то, условно говоря, «подполковник Карпов» это не та фигура, из-за которой должны ломаться копья в отношениях крупных держав. «Списком просто показывают, что, образно говоря, нельзя «в приличном обществе, по паркету, в кирзовых сапогах», — считает Рябов.

Другое мнение имеют российские официальные лица. Возможное принятие закона они называют образцом «неприемлемого экстерриториального применения американского законодательства» и угрожают «крайне жесткой реакцией».

В приватных беседах высокопоставленные российские чиновники поясняют, что «закон Магнитского» неприятен не какими-то конкретными санкциями, а тем, что «под него» американская сторона может «запихнуть» все, что ей будет выгодно в тот или иной момент и правила этой игры абсолютно непредсказуемы.

Кстати, комитет Европарламента по международным делам также одобрил санкции против российских чиновников, возможно причастных к смерти Сергея Магнитского. Голосование по этому вопросу в Европарламенте может состояться в декабре.