http://www.funkybird.ru/policymaker

ЖЖ о скандале вокруг Новой газеты и обысках оппозиции

В_лесок.ехе.

Обыски у свидетелей по делу о майском «Марше миллионов» и скандал вокруг «Новой газеты» и главы Следственного комитета Александра Бастрыкина — вот основные темы для обсуждения в сетевых дневниках уходящей недели.

«Власти прилагают все усилия, чтобы помешать оппозиции слить протест». Эта расхожая народная мудрость, датируемая где-то весной, стала еще более актуальной летом, когда накануне очередного «марша миллионов» с обысками нагрянули к оппозиционным политикам и гражданским активистам. Обыски проводились по делу о предыдущем марше 6 мая и касалось столкновений участников акции с полицейскими. Примечательно, что все, к кому пришли с обыском — Ксения Собчак, Илья Яшин, Сергей Удальцов, Борис Немцов — находились и продолжают находиться в процессуальном статусе свидетеля. А обыски у свидетелей — это что-то новое в правовом лексиконе отечественных силовиков.

В квартире Собчак нашли крупную сумму наличных — более полутора миллионов долларов в пересчете. Разумеется, это вызвало бурю эмоций — но не совсем ту, на которую рассчитывали силовики, сознательно пошедшие на нарушение тайны следствия (фото наличности тут же появились в сетевых таблоидах). Политические перспективы Ксении Собчак на уходящей неделе пожалуй лучше всего сформулировал пользователь nikolaitsch:

Cмотрите, как красиво идет. Не знаю, с чей-то помощью или сама. Всего за полгода путь от «какого хера ЭТА вообще тут делает» до одного из признанных лидеров оппозиции. За полгода! Уже и в авторитете и реальная жертва режима. И это вам не жалкие 15 суток, которыми у нас в стране никого не удивишь. Нет! Человек на реальные бабки попал ради общего дела… Причем на фоне остальных (пока еще) лидеров оппозиции смотрится вообще очень выигрышно — и внешне, и интеллектуально, и по-всякому. Ну и, когда время придет, идеальна в качестве консенсуса. Остальные мужики. Каждый будет думать, почему не я, а он? Амбиции у них, комплексы. А тут вроде как никому не обидно.

Далее пользователь nikolaitsch делится соображениями, которые многим показались ценными вне зависимости от личности Ксении Собчак — но в прямой зависимости от совсем другой личности:

Путин может отдать власть только под определенные гарантии. Но при этом власть он может отдать только человеку со стороны, не принадлежащему к одной из группировок. Если кому-то из своих, того тут же загрызут товарищи. Собственно потому ДАМа и назначили временным президентом: он там толком никому не свой — не либерал-людоед, не силовик-душегуб. Так — не пришей рукав. Ну и не прокатит второй раз со «своим». А Ксюша ему человек, мягко говоря, не чужой. А все эти спектакли, что мы сейчас наблюдаем, — это в пользу бедных.

А затем — снова о перспективах Собчак:

Она социально-близкая. Не лузер из 90-ых, не мутный юрист из интернета, не е…тый левак. В доску своя. Народ ее знает. Лучше чем всех остальных оппозиционеров вместе взятых. Может, пока не любит (что легко поправимо), но знает. И главное: она сам четко знает, чего хочет, и идет к этому. Мощно и последовательно. Не жует сопли, не мотается от одного края проруби к другому. Идет к цели. Что опять же выгодно отличает ее не только ото всех других оппозиционеров, но и от подавляющего большинства остальных наших «политиков».

Есть повод задуматься. Не только и не столько Ксении, сколько тем самым политикам из подавляющего большинства.

«Насильник извинился, честь невесты восстановлена», — один из самых распространенных комментариев по поводу скандала вокруг журналистов «Новой газеты» и главы Следственного комитета России Александра Бастрыкина. Краткое содержание: 4 июня Бастрыкин привез шеф-редактора «Новой» Сергея Соколова на аппаратное совещание в Нальчик, где при всех коллегах, публично обругал его. А на обратном пути Бастрыкин и вовсе, по словам главного редактора «Новой» Дмитрия Муратова, завез Соколова «без объяснения причин в подмосковный лесок» и наговорил ему всякого. В том числе и по поводу перспектив Соколова остаться в живых — крайне, судя по письму Муратова, призрачных.

Более чем за сутки до появления письма Муратова — кстати, появилось оно 13 июня, почти через 10 дней после событий — в «Твиттере» выступил Александр Хинштейн: День-два — и с Бастрыкиным начнется беспрецедентный скандал. Он ждет. Не буду раскрывать тайну. Но то, что ждет Бастрыкина, не имеет аналогов. Я знал, что он не в адеквате. Но то, что настолько — не знал. Скандал действительно разгорелся — в несколько частей: сначала представители других редакций ринулись к следственному комитету, чтобы провести одиночные пикеты в поддержку коллег, а затем Муратов и Бастрыкин в присутствии других главных редакторов пожали друг другу руки и взаимно извинились. Вопросы леска и ответственности — либо за угрозу жизни журналиста со стороны должностного лица, либо за клевету на это самое лицо — на встрече не рассматривались.

Журналист Валерий Ширяев в «Фэйсбуке» вступился за честь своего издания — и нашел много тех, кому его аргументация показалась достаточной:

Муратов четко поставил задачи — в условиях полного отсутствия доказательств у «Новой» просто на авторитете заставить Бастрыкина гарантировать безопасность всех работающих журналистов. И он этого добился без козырей, практически с пустыми руками. При том, что все следственные действия, пожелай он возбудить официальное расследование, контролировал бы ненавидящий нас силовик. А потом за полчаса проиграл бы дело в Басманном суде, куда мы приписаны, если кто не знает. Со всеми последствиями, сами лоб наморщите, не буду подсказывать. Никто в «Новой газете» не просил вас о помощи — вы сами пошли в пикеты, как и мы пойдем за вас в следующий раз. Вы пошли за «Новую» по убеждениям или это торг такой: я тут в пикете, но уж и ты требуй невозможного вплоть до ликвидации газеты? Поэтому не просите воздаяния.

Всем ли работающим журналистам гарантирована безопасность, или только Сергею Соколову с его коллегами из «Новой» — об этом продолжают спорить в социальных сетях. Наиболее полный свод претензий к поведению сторон в конфликте — у политолога Георгия Сатарова на его странице в «Фэйсбуке»:

Публикация про Бастрыкина в лесу в контексте последующего примирения… нанесла ущерб не только «Новой газете», но и всей независимой журналистике в стране. Не доведенная до своего логичного завершения — уголовного преследования — она станет в устах представителей власти расхожим выражением, когда им понадобится принижать какие-либо разоблачения независимых СМИ: «Ну, опять бастрыкинский лес пошел…».

Среди других аргументов Сатарова — «Проблема, которая должна решаться стандартным правовым способом, решена по понятиям. Мы сделали еще один шаг назад от верховенства права в стране». «Идя на подобную публикацию, надо было понимать, что это только первый ход. Если же речь шла о спасении журналиста и/или газеты, что безусловно важно, то избранный путь, среди других возможных, не самый удачный». И — самое главное, касающееся не только «Новой», но и коллег:

Вот наши редакторы встретились с Бастрыкиным. И почему это совершенно пропала тема того беззакония с обысками, которое творило ведомства этого большого педагога и подвижника чести?

Тот случай, когда крыть нечем. Не прозвучала тема. Видимо, оказалась не той.