http://www.funkybird.ru/policymaker

Долларом и бомбой: о смещении Асада

Поражение сирийской оппозиции неприемлемо для ее региональных спонсоров. Пытаясь изменить ситуацию, они ищут иные, не военные способы смещения Башара Асада.

Гражданская война в Сирии приняла откровенно позиционный характер. И несмотря на масштабный, казалось бы, нескончаемый поток денег и добровольцев, стекающихся к оппозиции со всего Ближнего Востока, преимущество в этом типе войны все же на стороне Дамаска. Сирийская армия отряд за отрядом перемалывает подразделения террористов — а замена «местных» бойцов на иностранных наемников или добровольцев из исламистского интернационала отнюдь не способствует повышению популярности боевиков среди местного населения.

Затяжная война привела к размыванию не только внутренней легитимности боевиков, но и внешней. Все чаще и чаще даже в лояльных к ним западных СМИ появляются материалы о насильственных действиях «борцов за свободу» по отношению к местному населению (прежде всего к христианам и алавитам), а также информация, что «демократические» силы Ливии во многом состоят из радикальных исламистов, «Братьев-мусульман» и бойцов аффилированных с «Аль-Каидой» структур.

Подобный тренд развития ситуации пугает не столько США и Европу (Сирия от них все же далеко), сколько местных спонсоров боевиков — Турцию, Саудовскую Аравию, Катар. Они многое поставили на кон в «сирийской весне», и если Башар Асад сумеет удержаться у власти, их геополитическое положение серьезно ухудшится. Поэтому сейчас внешние спонсоры сирийской революции делают все, чтобы этот тренд изменить.

Столичный блицкриг

Сначала они попытались закончить войну по ливийскому сценарию — блицкригом в виде взятия обеих столиц страны (политической — Дамаска и экономической — Алеппо). Для осуществления этой операции боевикам были оперативно отправлены большие партии оружия. «Прежде всего мы получили ракеты РПГ-9 из запасов саудовской армии, — приводит французская Le Figaro слова одного из повстанцев. — Их доставили самолетом в аэропорт Аданы, где турецкие службы безопасности проследили за разгрузкой, чтобы проверить, кому предназначались эти ракеты». Помимо ракет боевики получили пулеметы, средства ПВО, противотанковые системы и даже ранние версии «стингеров».

Основательно пополнив арсенал, во второй половине июля боевики начали штурм Дамаска: по их словам, на столицу было брошено до 30 тыс. бойцов. Операцию громко назвали «Вулкан в Дамаске — землетрясение в Сирии». Задача «Вулкана», говорилось в заявлении боевиков, — «атака блокпостов и подразделений государственных силовых структур, чтобы спровоцировать ожесточенные бои… как первый стратегический этап для того, чтобы привести страну в состояние полного и всеобщего гражданского неповиновения».

На первом этапе операции удалось достичь определенных тактических успехов и взять под контроль беднейшие суннитские кварталы столицы. После этого западные СМИ сразу же запестрели сообщениями о «конце Башара Асада» — Москве даже пришлось опровергать сообщения о том, что сирийский президент просил Россию предоставить ему политическое убежище. Однако успех боевиков был иллюзорен. Поскольку жители Дамаска отказались поддержать их восстанием, их собственных сил (явно меньше 30 тыс. человек) хватило лишь на то, чтобы удерживать несколько кварталов столицы. В свою очередь режим Асада уже на следующий день после начала «Вулкана» перекинул в Дамаск подкрепления и стал методично зачищать город от оппозиции. О том, что большая часть столицы находилась под полным контролем сил режима, говорят не только официальные лица и проасадовские СМИ, но и другие неаффилированные с повстанцами силы. «Днем нормально, спокойно, ночью в каких-то районах периодически слышна стрельба… Трудно по звуку определить, в каких районах. В принципе, сейчас я в городе, еду по делам. Люди спокойно ходят, магазины работают, машины ездят. Полгорода уже проехал, нет никакой паники и рек крови», — заявил журналистам пресс-секретарь российского посольства в Сирии Артем Савельев. В результате в первых числах августа сирийская армия отчиталась о полной зачистке столицы от боевиков.

Некоторые аналитики объясняют относительно легкую победу проправительственных сил в Дамаске отвлекающим маневром — основные силы сирийские боевики сосредоточили на захвате Алеппо, который начался через несколько дней после старта операции в Дамаске. Взять этот город им было куда легче хотя бы потому, что он располагается возле их логистических баз на турецкой границе. При этом эффект от взятия Алеппо был бы такой же, как и в случае захвата Дамаска. Все без исключения аналитики утверждают, что потеря Алеппо и превращение его во второй Бенгази означала бы крах режима Асада.

Однако и этого пока не произошло, ситуация в Алеппо развивается фактически по дамасскому сценарию. Население не поддержало повстанцев, а освободившиеся от боев в Дамаске сирийские подразделения в начале прошлой недели начали полномасштабную зачистку города. Даже лояльные боевикам западные журналисты пишут о том, что у засевших в Алеппо заканчивается оружие и не хватает бойцов. По всей видимости, без SAS, иностранного легиона и катарского спецназа (которые, собственно, и брали Триполи) сирийская оппозиция проиграет битвы за обе столицы. А затем, не исключено, и всю войну.

За что боролись

Поражение в «сирийской весне» неприемлемо для ее местных спонсоров, и прежде всего для Турции, Катара и Саудовской Аравии. Проблема не только в том, что они потеряют вложенные средства и собственное лицо, не реализуют амбициозные проекты за счет Сирии, — под угрозой окажется даже их национальная безопасность.

Так, не секрет, что Турция вписалась в сирийскую войну для реализации геополитических амбиций на Ближнем Востоке. Турки хотели стать лидерами суннитского блока, противостоящего Ирану. Они надеялись, что, сокрушив Сирию и установив в ней лояльный Анкаре суннитский режим, смогут предложить свою защиту монархиям Залива и получить у них за это соответствующую плату. Однако мечты турок о гегемонии на Ближнем Востоке померкли в тот момент, когда над северо-восточными сирийскими городами взвились курдские флаги — местные курдские ополчения взяли под свой контроль ряд сирийских населенных пунктов. И теперь вместо гегемонии на Ближнем Востоке Турция рискует получить возле своих границ еще один Курдистан, который станет новым центром дестабилизации населенных курдами турецких провинций.

При этом активизация курдов в Сирии не носит антиправительственный характер, они действуют заодно с Дамаском. Ведь еще в самом начале сирийской войны Асад сделал все, чтобы выключить курдов из оппозиционного движения. Он освободил их соплеменников из сирийских тюрем, а также подписал указ о предоставлении гражданства сирийским курдам (до этого в Сирии они считались незаконными иммигрантами из Турции), по всей видимости, президент также пообещал сирийским курдам значительную автономию. Результат — большая их часть встала на сторону правительства. Курдские ополчения не захватили, а фактически подменили отправленные на зачистку Дамаска и Алеппо армейские части в некоторых населенных пунктах Северо-Восточной Сирии, и боевикам туда вход заказан.

Более того, в ответ на помощь Анкары боевикам Башар Асад фактически разорвал Аданские соглашения 1998 года с Турцией, согласно которым «Сирия обязуется не поставлять оружия и не оказывать логистической и финансовой поддержки на своей территории боевикам Курдской рабочей партии». В Анкаре уверены, что именно помощь из Дамаска позволила курдским бойцам провести ряд терактов против турецких сил во второй половине июля—начале августа. «Башар Асад снабжает их оружием. Да, это уже не домыслы, а факт. Мы уже предприняли необходимые шаги для нейтрализации этой угрозы», — заявил министр иностранных дел Турции Ахмет Давудоглу. В свою очередь, премьер-министр Реджеп Эрдоган пояснил, что нейтрализовывать эту угрозу Турция будет не только на своей территории: «Мы не позволим террористическим группам создавать лагеря в Северной Сирии и угрожать Турции… Если там создаются образования, готовящиеся к проведению террористической атаки, то у нас есть право вмешаться». И по некоторым данным, турецкий премьер уже начал осуществлять обещанное. В начале прошлой недели иранские СМИ передали, что конвой турецких войск при поддержке нескольких вертолетов вошел в сирийский город Джараблус. Некоторые аналитики заговорили о начале турецкого вторжения в Сирию. Однако его не произошло, а целью операции (если она была) было либо преследование группы курдских боевиков, либо отвлечение правительственных сил от Алеппо. Турецкие генералы как не хотели, так и не хотят воевать в Сирии, тем более в одиночку, без поддержки США.

Затягивание гражданской войны в Сирии угрожает и безопасности стран Залива. Прежде всего тем, что нивелирует их основное оружие в битве за влияние на Ближнем Востоке — телеканалы «Аль-Джазира» (принадлежащий Катару, на который эмират тратит до 650 млн долларов в год) и «Аль-Арабия» (аффилированный с саудовской королевской семьей). Брошенные на поддержку сирийских повстанцев, эти СМИ вынуждены давать антиправительственную информацию со ссылкой на «местных очевидцев». И когда результаты этой «гражданской журналистики» опровергаются поступившими фактами, репутация заливных каналов серьезно страдает. Под угрозой оказался и их либеральный образ. Мало кого смутил тот факт, что оба канала дали трибуну радикальному сирийскому суннитскому религиозному деятелю Аднану аль-Ануру — в конце концов, та же «Аль-Джазира» давала слово даже представителям Израиля. Однако когда человека, который призвал покрошить алавитов в мясорубке и скормить их плоть собакам, называют «символом революции» («Аль-Арабия») или «крупнейшим не призывающим к насилию подстрекателем антиасадовского мятежа» («Аль-Джазира»), это ставит под сомнение объективность и профессиональность телеканала в глазах не только западных, но и арабских зрителей.

Победа Асада обернется для стран Залива еще большими неприятностями в виде перетекания «арабской весны» на их территорию. Не исключено, что террористический интернационал, воюющий сейчас в Сирии, будет искать другое место для своего джихада — и найдет его в Катаре или Саудовской Аравии, чьи лидеры, по мнению исламистов, являются лишь «марионетками неверных».

Другой путь

Поскольку изменить ход войны интервенцией не получилось (за последний год Россия ветировала три резолюции Совбеза, Обама без этой резолюции воевать не готов, а наученная ливийским опытом Европа вряд ли полезет в Сирию без американцев), местные спонсоры боевиков, по всей видимости, будут делать упор на непрямые действия. Эти действия должны превратить режим Башара Асада из общенационального в алавитский, а также юридически перевести сирийскую войну из гражданской в международную.

Для реализации первой цели устроена охота на членов режима — и прежде всего тех, кто не принадлежит к алавитам (в качестве меры по консолидации нации Асад серьезно разбавил кабинет министров представителями христиан и суннитов). Кого-то из них попросту ликвидировали. Так, в середине июля террорист-самоубийца взорвался в здании местной службы безопасности, где в то время шла встреча членов кабинета министров. В итоге погибли два ведущих сирийских силовика — министр обороны страны Имад Дауд Ражха (христианин) и его зам, а по совместительству муж сестры Башара Асада Асеф Шаукат. Ответственность за взрыв взяли на себя сирийские боевики, однако, учитывая степень охраны министров и то, что террористом оказался один из телохранителей, теракт был, скорее всего, организован силами одной из иностранных разведок. По некоторым данным, саудовской — произошедшее вскоре убийство шефа саудовской разведки принца Бандара некоторые склонны называть местью Дамаска.

Некоторых представителей режима Асада удается деньгами, угрозами или шантажом убедить перейти в ряды оппозиции. В конце июля эта стратегия принесла очередной успех — из Дамаска в соседнюю Иорданию бежал премьер-министр страны Рияд Хиджаб (суннит по вероисповеданию). «Сегодня я объявил о своем уходе из правительства террористического режима, совершающего убийства, и я заявляю, что присоединился к рядам свободной и достойной революции. Я сообщаю, что начиная с сегодняшнего дня я являюсь солдатом этой священной революции», — зачитал заявление Рияда Хиджаба его представитель в эфире «Аль-Джазиры». Представители Сирийского национального совета утверждают, что вместе с Хиджабом новыми «солдатами священной революции» стали два министра и три генерала. Хиджаб просидел в кресле премьера всего два месяца, а до этого занимал целый ряд постов: был министром сельского хозяйства, губернатором провинций Кунейтра и Латакия. Пока не ясно, что побудило его убежать, но очевидно, что речь не идет о каких-то принципах или убеждениях, иначе он не согласился бы стать премьером пару месяцев назад.

Параллельно с переманиванием или ликвидацией ключевых фигур режима спонсоры сирийской революции пытаются вывести ситуацию на уровень международного конфликта за счет втягивания Ирана. В Анкаре, Эр-Рияде и Дохе понимают, что если им удастся заставить Иран отправить на помощь Асаду отряды Корпуса стражей исламской революции, то сирийский конфликт сразу же перейдет из разряда «внутреннего дела Сирии» в подавление сирийской революции силами иранцев. И в этой ситуации России и Китаю будет крайне сложно и в дальнейшем блокировать резолюции Совбеза по вторжению в Сирию (даже несмотря на то, что Саудовская Аравия уже создала подобный прецедент во время жемчужной революции в Бахрейне). С другой стороны, антиасадовским силам таким образом удастся заставить Вашингтон поучаствовать в военной операции — накрученные республиканцами избиратели не простят Обаме, если он упустит возможность нанести удар по Ирану в «войне на периферии».

Именно поэтому сейчас Иран всячески пытаются спровоцировать. На днях боевики похитили 48 иранских паломников, возвращавшихся из сирийского пригорода в аэропорт. При этом бандиты уже заявили, что их жертвы никакие не паломники, а «иранские головорезы, которые находились в Дамаске с разведывательной миссией».

Захват заложников действительно вынудил иранцев активизироваться, но пока только на дипломатическом поле. Министр иностранных дел Исламской Республики Али Акбар Салехи уже обратился к основным спонсорам боевиков Катару и Турции с просьбой обеспечить освобождение заложников. Иранцы не ведутся на провокацию и предпочитают помогать режиму Асада оружием, а не людьми. Однако боевики повысили ставки: в начале прошлой недели было заявлено, что несколько заложников погибло (по версии оппозиции — от бомб правительственных сил).

При этом не исключено, что практика похищения иранцев в Сирии будет продолжена, ведь, по иранским данным, до начала гражданской войны Сирию ежегодно посещало до 700 тыс. иранских паломников. И если в Сирии сейчас действительно начнется охота за иранскими паломниками, Тегеран может не сдержаться — и фактически спасет тем самым Турцию и Залив от поражения в их сирийской авантюре.