http://www.funkybird.ru/policymaker

Цена российской свободы

Цена свободы

Итак, игра в демократию приближается к своему кульминационному моменту. «Или — или», теперь уже так поставлен вопрос. Если кто-то еще не совсем понял, умеренно колониальному, номинально властвующему политическому режиму в России поступил четкий приказ из-за западной границы сдаться на милость победителя. То есть, быстро и по-деловому сменить политический караул в Кремле и форсированно готовить подвластное население либо к гражданской войне, либо к борьбе на китайских границах за идеалы демократии в составе общемировой коалиции из таких же более или менее опущенных вассалов.

В этих условиях, нам как минимум, не надо торопиться и поберечь эмоции. Для начала зададим себе и попробуем ответить на некоторые не очень сложные вопросы.

Во-первых, кому собираются передавать власть? Ответ: Это уже предельно ясно. Либерально-радикальной гопоте, которая традиционно прячется за идеалы свободы и гуманизма, чтобы в дальнейшем безнаказанно разрушать страну и калечить судьбы ее жителей. На большее паразитарный эрзац-продукт радикального либерализма не способен в принципе.
Если кто-то думает, что после смены ему что-то обломится, то жестоко заблуждается. Вся «демократия» будет тут же свернута, как свернулась она во всех странах, где побеждали уличные «цветные революции». Ни о каких прорывах в сторону прогресса и процветания пока не слышно из Туниса или Египта, ничего счастливого не получила в свое время Сербия или Украина. Да и Россия после августа 1991-го, между прочим, тоже. Таким образом, страна просто будет погружена в еще больший хаос, что и требуется организаторам.

Во-вторых, будет ли сопротивляться нынешний премьер-министр? А если будет, то, в каком масштабе и качестве? Ответ: не сопротивляться — значит просто ускорить применение к себе того приговора, который уже вынесен. Кто поверит в какие — либо гарантии после историй с Милошевичем, Хусейном или Каддафи? Поэтому сопротивляться придется, хотя бы ввиду обстоятельств.
Да, к такой ситуации он не был готов, годами поддаваясь и прогибаясь на запад в рамках устраивающего стороны компромисса, и поэтому был обескуражен таким, по сути, предательством. Именно запад, в данном случае, предал личность, а не наоборот. Банально оказалось, что в большой политике предательство — самый ходовой товар. Не помогли ни Лурдес с Камранью, ни прочие преференции и реформы, ни регулярная выплата дани в виде вывоза денег и ресурсов, ни табу на прикасаемость к наиболее одиозным разрушителям России в масштабе 90-х, ни сегментирование РФ в качестве технологически отсталого (точнее отстойного) сырьевого придатка западной мировой цивилизации.

Отметим, что Советский Союз никогда не любили, но всегда разговаривали с его руководителями исключительно вежливо, даже когда он распадался, потому что за этим государством стояла, какая — никакая сила. «Иностранные партнеры» не питали иллюзий, отлично понимая, что варвары — варварами, но эти чудовища не колеблясь нажмут и на спусковой крючок в случае необходимости. У них другая ментальность. И это, как оказалось потом, было самой лучшей безопасностью.
Итак, мы выяснили, что действующий премьер обязан сопротивляться, хотя бы потому, что, имея в распоряжении власть, спасаться — больше шансов, чем такой власти не имея. Вне власти — он заложник, неприкасаемый-шудра ждущий казни, с властью он кшатрий с кое-каким еще политическим оружием. И тот и другой рискуют жизнью постоянно, но по-разному. Эта разница очевидна.

Дальше все идет по закону жанра. То есть, кто кого и как переиграет. Конечно, один в поле не воин, однако при наличии воли и организованности можно противостоять и стихии. Задача, если разобраться, не такая уж фатально сложная: предметно доказать, что беспорядки инспирируются из-за границы (аксиома); разорвать дипломатические отношения или хотя бы отозвать своего посла и выдворить кое-каких иностранных дипломатов; политически и концептуально сказать западу «спасибо» за (их) предательство, огласить вслух отношение к «перестройке» и «перезагрузке» как к спецоперациям по уничтожению России как суверенного государства; и как следствие — зачистить наиболее вредную и опасную часть 5-й колонны (новоявленных троцкистов и их попутчиков), однако, исключительно в рамках закона; национализировать «плохие» иностранные и не иностранные действующие предприятия некоторых местных «олигархов-предателей». Вернуться к государственным ретро-формулам: «от каждого по способностям, каждому по труду», «если завтра война» и так далее.

Кто-то скажет, в таких раскладах у нынешнего премьера назад дороги точно не будет. Вынужден констатировать, дороги назад нет уже сейчас. Милошевич, Хусейн и Каддафи потеряли все, включая и саму жизнь, уже потому, что искали компромиссы. Двинулся бы М. Каддафи, например, из осажденного, но защищаемого Сирта, не имея неких гарантий после переговоров с Х. Клинтон? Что получил в результате? Компромиссы в условиях прямого отстранения от власти бессмысленны, а единственная разумная позиция — это вопрос наличия или отсутствия силы. И не на словах. На словах вообще лучше меньше беспредметно разговаривать.

Далее возможны периодические тренировки в качестве главнокомандующего, проводящего учения по всеобщей мобилизации, ввиду реальной угрозы войны; перенос столицы на восток (превращение де-факто мятежной Москвы в обычный дистанционно управляемый провинциальный город, даже свержение власти в котором не решает вопроса), мобилизация потенциальных демонстрантов (молодежь) на стройки пятилеток, реальных нацпроектов и так далее.

Объединение России, Беларуси, Украины, Казахстана в единое политическое и оборонное пространство. Новая Уния. Взаимная выгода: дело не только в общей истории, чем государство крупнее — тем оно устойчивее к колебаниям извне. И это не вопрос централизации как формы, а наличия воли, как реального государственно-политического содержания. Построение опирающегося на свои силы мощного государства-крепости, ввиду системной неудачи «перестройки», «перезагрузки» и «конвергенции в одни ворота». Одним словом, реванш. Защита своего пространства как «территории справедливости и реальной свободы» от различного рода империалистических и колониальных посягательств. Политическая и идеологическая работа с населением вместо простого «хлеба и зрелищ». Государственный позитивизм и идеализм в хорошем смысле этого слова.

Справедливости ради, отметим, что все, о чем написано выше по части политического поворота довольно фантастично и значительно противоречит тому, что реально делалось в течение предыдущего властного времени. Однако в нынешних обстоятельствах — это, пожалуй, последняя политическая возможность конкретной личности. Только при таких действиях еще можно попробовать стать если и не победителем, то хотя бы героем. Если же все оставить как есть или опять играть в иллюзии и примиренчество — политический финиш будет однозначно плачевным. Это в таком случае лишь вопрос времени и обстоятельств в рамках существующей тенденции. В политике, как известно, бывают точки выбора, однако бывают и точки не возврата.