http://www.funkybird.ru/policymaker

Итог войны США в Ираке

Под занавес 2011 г. США объявили об окончательном выводе войск из Ирака. Туманные заявления об «успехе», предостережения о грядущих проблемах, обещания «не оставлять иракский народ», спуск американского флага — но никаких деклараций победы и радостного ликования, описывает церемонию газета «Вашингтон пост» .

Что принесла США 9-летняя война (2003-2011) в Ираке — победу или поражение?

Ответ зависит прежде всего от того, что считать целью войны. Если верить пропагандистской версии внешней политики США про «построение демократического государства» в Ираке, то Америка войну явно проиграла. Однако, если судить по реальным интересам и целям, которые США преследовали в Ираке, то исход можно считать победой — хотя и не столь убедительной, как хотелось бы Вашингтону.

В чём в реальности состояли цели второй войны США в Ираке? Стратегическая цель заключалась в том, чтобы превратить крупное государство важнейшего для США региона в вассала-посредника, и обрести таким образом ключевой военно-политический плацдарм на Ближнем Востоке, на границе с несгибаемыми противниками Ираном и Сирией. Эта генеральная цель включает в себя составляющие: поставить во главу государства группу послушных руководителей; создать лояльные военные подразделения, которые служили бы опосредованной военной силой США в регионе; получить контроль над запасами нефти — третьими по величине подтверждёнными запасами в мире, и гарантию их разработки западными нефтяными компаниями; «вскрыть» местную экономику для капитализма, сделав её «свободным рынком» — свободным для грабежа западными корпорациями; создать новый рынок для американских вооружений.

Всё это вместе на официальном внешнеполитическом языке США, сделанном из эвфемизмов, называется «взрастить стратегического союзника в сердце Ближнего Востока» .
И всё это было невозможно при Саддаме Хуссейне — изначально американский ставленник, он вдруг перестал подчиняться.

Но, прежде всего: насколько США «ушли» из Ирака?

«Действия Америки в Ираке ни в коем случае не закончены», заявил министр обороны США Леон Панетта на церемонии в Багдаде, и для решения американских задач в Ираке на 2012 год выделен бюджет в 6 миллиардов долларов . Кто реализует этот бюджет? Государственный департамент США. Обратите внимание на важный тактический момент: часть функций, которые считались прерогативой военных, теперь будет исполнять не Пентагон, а Госдеп. Дело в том, что в последние годы, по мере того как министерство обороны усиливало свои разведывательные возможности, а ЦРУ создавало собственные военные спецподразделения , Госдеп обретал серьёзные силовые мандаты.

Под командованием Госдепа в Ираке будут работать ни много ни мало 16.000 человек, по численности — американская сухопутная дивизия, отмечает «Вашингтон Пост» .
Персонал посольства составляет примерно 1.750 сотрудников, их безопасность будут обеспечивать около 5.000 человек, 4.600 инструкторов будут обучать иракцев использованию вооружений, поставляемых США. Причём, 80% из них, несмотря на свои военные задачи и подготовку, числятся как гражданские лица, будучи сотрудниками частных компаний-подрядчиков. Ещё примерно 4.600 человек, в основном не американцы, будут заняты на обслуживающих работах. Подготовка полиции в Ираке уже с 1 октября 2011 г. проводится Госдепом. Внутри департамента этим занимается Управление по международной борьбе с наркотиками и охране правопорядка (Bureau of International Narcotics and Law Enforcement Affairs) под руководством Уильяма Браунфилда (William Brownfield).

С целью реализации своих новых военных функций, Госдеп обретает собственный воздушный флот — «Авиалинии посольства в Ираке» (Embassy Air Iraq): 46 самолётов , 29 вертолётов и аэродром. Также в распоряжение посольства переходят 80 бронетранспортёров.

Передача части военных функций Госдепу призвана показать общественности, что «войска США ушли из Ирака» и освободить вооруженные силы для других задач. Но Пентагон, конечно же, сохранил присутствие. Важнейшей его задачей была и остаётся боевая подготовка местных военных для противоповстанческих действий, т.е. создание опосредованной военной силы, которая преследовала бы американских врагов в регионе — без человеческих и финансовых потерь для США. Под крышей посольства разместилось принадлежащее министерству обороны Управление военного сотрудничества в Ираке (Office of Security Cooperation-Iraq). Официально заявлено, что «боевой подготовкой иракских сил» будут заниматься 157 военнослужащих США . Почему так мало?

Центральное командование США, в зону ответственности которого входит Ирак, в последнее время часто ссылается на «сальвадорскую модель как предпочтительную модель противоповстанческой войны» . В чём состоит «сальвадорская модель»?

В 1980 г. США направили в Сальвадор, согласно официальной версии, 55 инструкторов (на самом деле больше) для подготовки местных армейских спецподразделений, направляемых на борьбу с противниками проамериканской военной хунты. Этому предшествовала подготовка кадров полиции, национальной гвардии и других силовых ведомств Сальвадора. В 1987 г. «Нью-Йорк Таймс» пришлось признать: «многие офицеры впоследствии стали лидерами правых эскадронов смерти, уничтоживших десятки тысяч человек в конце 1970-х — начале 1980-х годов» .
Жертвами эскадронов смерти в Сальвадоре становились на усмотрение проамериканской хунты «нежелательные элементы» — руководители и члены демократических организаций, коммунисты, социал-демократы, христианские демократы, профсоюзные деятели и даже католические священники.

Что касается регулярной иракской армии, по оценке генерал-лейтенанта ВС США Каслена (Lt.Gen. Robert Caslen), ответственного за подготовку и вооружение ВС Ирака, она по-прежнему не вполне готова выполнять свои главные функции: охранять границы и воздушное пространство .
Однако, наиболее важные для США задачи — противоповстанческие действия и возможное преследование террористов — осуществляет не столько регулярная армия, сколько силы специального назначения.

В этой сфере дела США в Ираке гораздо более благополучны. «У Соединённых Штатов есть собственные антитеррористические силы здесь на месте», — утверждает «Вашингтон пост» со слов военных .
Иракские силы специального назначения численностью в 4.100 человек, подготовлены и вооружены США — за 237 миллионов долларов (правительству Ирака не пришлось потратить ни цента). Генерал Каслен оценивает их как «чрезвычайно эффективные» для проведения налётов и вполне способными вести агентурную разведку; США продолжают поставлять им разведывательные данные и обеспечивать поддержку с воздуха. На протяжении всего курса боевой подготовки, американские инструкторы-спецназовцы ходили на задания со своими иракскими подопечными в черной форме и исламских чёрно-белых клетчатых шарфах — «чтобы подозреваемые не думали, что операцией руководят США». Ещё один важнейший инструмент в военном арсенале США в Ираке — иррегулярные военизированные формирования под командованием местных полевых командиров. Крупнейшее из них — так называемое движение «Пробуждение» (Awakening Movement), оно же «Сыны Ирака». Такие названия — ещё один пример специального языка, созданного Вашингтоном для ведения информационно-психологической войны, в котором благозвучные, позитивные термины заменяют реальный, часто кровавый, смысл .
Идея рекрутировать для своих задач местных боевиков-суннитов, которые убивали соперников из мести, была впервые реализована морской пехотой США в 2004 г. в провинции Анбар. Сегодня шейх Ахмед Абу Риша, «самый верный союзник США в Ираке» — т.е. самый отъявленный коллаборационист — командует подразделениями в 80.000 человек. В заголовках центральных газет они проходят как американские «товарищи по оружию» .
Эти формирования никоим образом не подчиняются иракскому правительству, и премьер-министр Ирака регулярно требует распустить и разоружить их — очередной срок был назначен на 31 декабря, дату вывода войск США. Абу Риша ответил коротко и ёмко: разоружение маловероятно.

Там, где местные военизированные формирования отсутствовали, американские военные их создавали. Генерал Петреус, в то время командующий силами США в Ираке, в мае 2007 г. отдал приказ активизировать создание «местных сил обороны»: нанимать «по контракту» вооружённых суннитов, выдавать им форму и немедленно направлять их на борьбу с врагами Америки, избегая «длительных полицейских и армейских программ боевой подготовки» .
По словам генерала Петреуса, эти силы помогают национальному примирению в Ираке. Видимо, ликвидируя всех, кто не желает примиряться.

В действительности, США создавали эти иррегулярные формирования для следующих задач: 1) как противовес центральному правительству, в котором доминируют шииты — для поддержания динамичной нестабильности внутри Ирака, 2) как карательную силу, которую можно направить против своих врагов — всех тех, кто отказывается им подчиняться, 3) как диверсионные подразделения для дестабилизации Ирана и Сирии. Термин «эскадроны смерти» всё чаще используется для именования этих американских «братьев по оружию».

Достижение экономических целей в Ираке стоило США незначительных усилий. Нужно ли говорить, что американские и британские нефтяные компании очень быстро получили контракты на разработку нефтяных и газовых месторождений Ирака, включая гигантское месторождение Западная Курна-2, которое ушло ExxonMobil и Royal Dutch Shell. В дальнейшем следует ожидать американского давления на правительство Ирака по пересмотру условий соглашений — уменьшения выплат в бюджет Ирака ради увеличения прибылей корпораций. Российские и другие компании получили около 10% нефтяных контрактов. Но, советует «Нью-Йорк Таймс», читайте мелкий шрифт: даже в этих случаях в качестве субподрядчиков выступают старые американские знакомые — Halliburton, Baker Hughes, Weatherford International, Schlumberger (последний базируется в Париже, но буровое подразделение находится в Техасе) .

Наконец, ещё одна функция сателлита США — закупать американское оружие, и в ближайшее время Ирак заплатит за него 11 миллиардов долларов. США поставят истребители F-16, танки M1A1 Abrams, артиллерийские установки, бронетранспортеры, а также бронежилеты, прицепы для боеприпасов, внедорожники и др. .
Боеспособная иракская армия нужна США не только для охраны границ государства, но и для создания дополнительного давления на Иран. Есть ещё одна важная причина для крупных военных заказов: учитывая сегодняшнюю экономическую реальность, Белый дом не может пренебречь рабочими местами на десяток миллиардов долларов, по словам эксперта по национальной безопасности из Института Брукингс Кеннета Поллака. Милитаризация — проверенное средство для выхода из кризиса.

Для того, чтобы исключить самостоятельное развитие Ирака, Вашингтон поддерживает постоянную возможность распада страны. «Самый верный союзник» шейх Абу Риша в последнее время выступает за автономию суннитских регионов на западе и севере Ирака . В декабре 2011 руководство провинций Анбар, Диала и Салахеддин также заявило, что намерено добиваться большей автономии — по примеру Курдистана, у которого имеется собственный парламент, президент, вооруженные силы и возможность подписывать нефтяные контракты напрямую без участия Багдада .

Идея раздела Ирака не нова. В 2006 г. Джозеф Байден, тогда глава Комитета по международным делам Сената США предложил разбить государство на три части — для шиитов, суннитов и курдов. Совместно с Лесли Гелбом (Leslie Gelb), почётным президентом Совета по внешней политике, Байден написал программную статью с издевательским названием «Единство посредством автономии в Ираке»: они предлагали применить к Ираку схему раздела Боснии. Особенно полезным США видится независимый Курдистан: он дестабилизирует одновременно Иран, Сирию и Турцию, спровоцировав курдские меньшинства в этих странах последовать примеру.

А в комплексе все эти меры на официальном языке Вашингтона называются так: «Соединённые Штаты останутся вместе с иракским народом, чтобы построить более сильную и благополучную нацию», как заявил министр обороны США Леон Панетта на церемонии .

Конечно, далеко не всё получилось у США так, как они хотели. Премьер-министр Нури Малики демонстрирует больше независимости, чем от него требуется: пытается сохранить страну единой, выстраивает конструктивные отношения с Ираном, и — настоящая пощечина Вашингтону — голосует против санкций и использования силы в Сирии. Сильным ударом для США также стал категорический отказ правительства Ирака в неприкосновенности американских войск для местного судебного преследования — Вашингтон собирался оставить около 5 000 военных инструкторов, но не может это сделать без иммунитета. Как только найдётся более надежный кандидат на пост руководителя Ирака, Малики будет свергнут — усилиями тех самых боевиков, которых он опасается. Наконец, с высокой долей вероятности, арендованные боевики рано или поздно обернутся против своих боссов — как это сделали ранее Усама бен Ладен и движение Талибан, выросшее из моджахедов, спонсированных США в 1980-е гг.

Таким образом, по основным критериям, Соединённые Штаты добились своих реальных — в отличие от публично заявленных — целей в Ираке. Нестабильность, гражданская война и конфликты малой интенсивности представляют собой приемлемую для США оперативную среду. Негативные последствия войны США в Ираке для региона и всего мира будут сказываться на протяжении десятилетий. Получение плацдарма в регионе позволяет США активизировать военное давление и подрывные операции невоенными средствами против неугодных им государств, в частности Ирана и Сирии. В ближайшие месяцы и годы следует ожидать от США нарастающей агрессии, расширения территории войн и нестабильности, и сопутствующего американским военным действиям росту экстремизма и наркопроизводства.