http://www.funkybird.ru/policymaker

Признание Южной Осетии и Абхазии может быть выгодно Грузии

Привычка к шаблонному мышлению не позволяет грузинскому руководству осознать, что признание Южной Осетии и Абхазии выгодно в первую очередь самой Грузии.

Всё очень просто. Саакашвили в своё время даже не заметил, что война 2008 года стала поворотным пунктом в его отношениях с Европой. Внешне всё вроде бы осталось без изменений, но в Старом Свете возникло и прогрессирует чувство если не брезгливости, то, во всяком случае, досады при самом упоминании о Грузии.

Даже разговоры о вероятности вступления этой страны в НАТО воспринимаются в Европе скорее как дежурные и формальные, нежели имеющие какой-то практический смысл.
Да и не сами европейцы эти разговоры инициируют. В силу целого ряда причин они предпочитают не реагировать или не вмешиваться в ту политику, которую от их имени проводят США. Сами же европейские политики при любом удобном случае подтверждают: Грузия не может рассчитывать на членство в НАТО до тех пор, пока не урегулирует абхазскую и югоосетинскую проблему. Это означает: живите своей собственной жизнью и не лезьте к нам со своей «любовью». И на фоне экономических трудностей, которые переживает Европа, это особенно очевидно.

Строго говоря, Грузии сегодня предложен исторический выбор — кто для этой страны ближе и дороже, Европа или США…

Дело вроде бы за малым: всё взвесить и принять решение. Грузинское руководство должно осознать, что проблема уже обозначена, исторический вопрос сформулирован. Чтобы ответить на него, достаточно лишь адекватно оценить экономические и географические реалии региона, в котором расположена Грузия. Главное и очевидное: весь регион представляет собой единый транспортный узел. Нынешняя Грузия, Абхазия и Южная Осетия — это единый участок Колхидской низменности между Большим и Малым кавказскими хребтами и Черным морем. Именно «транспортная составляющая» была в своё время едва ли не главным аргументов в пользу того, чтобы объединить населяющие этот регион народы в единую Грузинскую ССР. Часто вопреки воле самих народов.

Поскольку ситуацию с Грузией так или иначе увязывают с положением в Косово, есть смысл кое-что пояснить. Косовары «решили» вопрос своей независимости на территории, где и прежде власть менялась неоднократно. А «общеевропейская солидарность» в признании этого этнического анклава есть не что иное, как уже упомянутое нежелание (или неспособность) противоречить Соединённым Штатам, пусть даже в своей, европейской «зоне ответственности».

Абхазы и осетины живут не на «спорной», а на своей исторической территории — вот этом принципиальная разница. Именно по этой причине они хотят быть самостоятельными государствами, а не частями Грузии, с автоматическим понижением своего статуса. Этим объясняется и характер войны, которую вела Грузия против Южной Осетии и Абхазии: только полное выдавливание или уничтожение местного населения могло бы восстановить Грузию в её советских границах.
При всей внешней парадоксальности, единственный исторический шанс грузинского руководства заключается именно в признании Абхазии и Южной Осетии. И, как следствие, в оживлении экономической деятельности в регионе, весьма удачно подходящем для этого. Сделав такой шаг, Грузия выиграет сразу и всё, что только возможно в этой ситуации. Она улучшит отношений с Россией и с соседями по региону. От последней войны явно пострадала Армения; да и Азербайджану не нужна мина замедленного на маршруте трубопровода Баку-Тбилиси-Джейхан. И главное — это улучшение отношений с Европой, которая в условиях кризиса особо чувствительна к любым проектам, которые сулят экономический рост.

О восстановлении Грузии в «советских очертаниях» речь, конечно же, идти не может, — и грузинская власть должна отдавать себе в этом отчёт. В конце концов, не они первые и не они последние, кому пришлось и ещё придётся смириться с историческими реалиями. Это как раз тот случай, когда говорят: политика — искусство возможного. Единственное возможное для Грузии — это оживление торгово-экономических связей с Южной Осетией, Абхазией и другими странами.

Не исключено, что часть окружения Саакашвили понимает это. Понимает и опасается того, что между оживлением экономики и концом их благоденствия стоит знак равенства. Как только ситуация нормализуется, перед грузинами встанет «русский» вопрос: кто виноват? Ответ ясен.

А вот другой вариант не сулит вообще никаких перспектив. Ведь даже Путин с Медведевым не смогут заставить осетин и абхазов полюбить Грузию и её президента.