http://www.funkybird.ru/policymaker

О драматизме протестов в России

Событие: Акции протеста, прокатившиеся по стране и столице на послевыборной неделе, способствовали не консолидации, но скорее фрагментации и дезориентации оппозиционных сил.

СМИ: комментарии «оппонентов»

То, что сейчас происходит в России, это начало большого процесса, который поставит точку несправедливой системе, существующей в ней. Это начало, наверное, многомесячного процесса. В XXI веке нет места тем режимам, которые ни во что не ставят свободный выбор своего народа. (Михаил Саакашвили, президент Грузии)

Впервые за всю историю постмодерна в строительстве демократии мы возвращаемся к классике жанра. Причем был развеян миф об агрессивности толпы. Пришла не толпа, а граждане своей страны, недовольные властью, но не желающие никаких революций. И впервые интересы совпали: власть тоже боится революции. Благодаря активным гражданам возник интерес: модернизация политической системы, отказ от негласного договора «мы не лезем в ваши дела, вы не лезете в политику». Москва проснулась и разбудит страну. Итак, произошло историческое событие, реальная модернизация страны снизу, а не сверху, в силу раскола элит. Точнее, начало модернизации. Шар на стороне власти. От ее реакции зависит, каким путем пойдет модернизация политсистемы и в какие сроки. Теперь придется считаться с народом на деле, а не на словах. (Ирина Хакамада, публицист, общественный деятель)

Если реальные инициативы «сверху» так и не проклюнутся, то маховик событий может закрутиться еще быстрее. Счет ведь пошел не на годы или месяцы, а, скорее всего, на считанные недели, если не дни. И очень скоро «волшебника» Чурова могут просто вывезти из Центризбиркома на тачке, в лучшем случае сбросив в снег, а в худшем (для него) – этапируя в какое-нибудь СИЗО. А потом может наступить очередь и более высоких чинов. Владимир Путин, решившись на жесткие меры, рискует лишиться 1) саммита АТЭС во Владивостоке (сентябрь 2012 года), 2) скорого председательства в G20, 3) членства в «большой восьмерке», 4) олимпиады в Сочи и, страшно сказать, 5) чемпионата мира по футболу. А это уже практически белорусская ситуация с явным трендом в сторону Северной Кореи. (Евгений Гонтмахер, член правления Института современного развития)

Мне кажется, что в настроении москвичей (и не только москвичей) произошел внутренний сдвиг, и это уже не рассосется. Активность протестных действий, конечно, будет то спадать, то нарастать. Но равнодушия в стиле «да делайте с нами что хотите, только попкорн не отбирайте» больше не будет. Грядущая президентская кампания будет подливать керосину на эти угли. Очень в этом смысле переживаю за бедного нацлидера. Ох, нелегко ему придется… Знаете, мне ужасно нравится, что все это обходится без лидеров. Вот Алексея Навального изолировали, а это ничего не изменило. И профессиональные политики тоже оказались как бы сбоку. Потому что движение, которое мы наблюдаем, – не политическое, а гигиеническое. Все вдруг посмотрели на грязь вокруг и захотели провести субботник по очистке территории. (Борис Акунин, писатель)

СМИ: комментарии «апологетов»

Я вспоминаю 1993 год. Тогда в Москве, как и сегодня, возникло острое противостояние между сторонниками тогдашнего президента, Ельцина, и его оппонентами. Тогда – как и сегодня – оппозиционеры обвиняли власть в нарушении закона и Конституции. Тогда – как и сегодня – митинговые страсти активно подогревались из-за рубежа. Тогда эти митинговые страсти переросли в тяжелейшую трагедию для страны: уличные столкновения, расстрел парламента из танковых орудий, большую кровь… И… в глубочайший подрыв того (и без подобных эксцессов очень слабого в России) уважения к закону, без которого невозможна никакая демократия. Я вижу, что митинговые страсти в очередной раз апеллируют не к закону, а к чему-то другому. Но я твердо знаю, что сегодня закон необходимо защитить как никогда ранее. Что, защищая его, мы защищаем Россию. (Валерий Зорькин, председатель Конституционного суда)

Безусловно, люди, которые выражают свой протест против итогов голосования или против того, как проводились выборы, имеют на это право… Выражение этой точки зрения крайне важно и будет услышано и СМИ, и обществом, и государством. Уверяю, что все мы услышим этот митинг. Если вы просто хотите выразить свое недоверие, свой протест тому, что происходило, сделайте это, но не позволяйте превратить себя в «пешки» в руках тех, кто хочет разрушить нашу страну, не поддавайтесь на провокации. (Андрей Исаев, первый замсекретаря президиума генсовета «Единой России»)

Минувшие выходные в российской политической жизни прошли под знаком протестных выступлений так называемой «несистемной оппозиции». Вместо борьбы в правовом поле лидеры оппозиции решили сыграть на чувствах граждан и под популистскими лозунгами вывести людей на улицы, а затем по возможности спровоцировать массовые беспорядки. Поводом для выступлений стали итоги парламентских выборов, на которых уверенную победу одержала «Единая Россия». Легитимность голосования подтвердили более 600 международных наблюдателей, однако оппозиция посчитала иначе. И вместо того, чтобы отстаивать свою точку зрения в правовом поле, оппозиционеры решили вывести людей на митинг. Участникам протестных выступлений самое время вспомнить старую мудрость: Is fecit, qui prodest и задаться вопросом, кому же выгодны народные волнения. Очевидно, что не простым гражданам, которых оппозиционеры втянули в свои игрища. В конце концов, не только оппозиция умеет выводить людей на улицы. Поддержать «Единую Россию» уличной акцией в любой момент готовы 168 тысяч молодогвардейцев, к которым, безусловно, примкнут и другие ответственные граждане России – те, кому не безразлично будущее собственной страны. («Молодая гвардия Единой России», официальный сайт)

Оппозиционеры встраиваются в игру Запада, это совершенно очевидно. Они не могут этого не понимать, если претендуют на то, что разбираются в политике. То, что их акции по времени были четко увязаны с заявлениями Госдепартамента США, это очевидно. С этим поспорить нельзя. А чего хотят «западники», мы слышали по заявлениям таких людей, как, например, сенатор Маккейн. Он совершенно четко говорил, что в России повторится ливийский сценарий. Они хотят, чтобы здесь было, как в Ливии. Понимают ли это люди, которые выходят на митинг, или нет – не имеет никакого значения. Они играют в эту игру. (Сергей Михеев, генеральный директор Центра политической конъюнктуры)

Понимаю, что какие-то нарушения на выборах были. Без них не обходятся ни одни выборы ни в одной стране мира. Большое количество нарушений было зафиксировано и со стороны КПРФ, и со стороны «Справедливой России», и со стороны ЛДПР. Но местом обсуждения всех этих нарушений должен быть суд, а не интернет, и уж тем более не площадь. Потому что если эти материалы предъявляются в суде, значит, по крайней мере, есть некоторая вероятность, что за ними стоят хоть какие-то реальные факты. Если же единственная среда их обитания – это твиттер и ЖЖ, значит, скорее всего, грош им цена. Это точно такая же фальшивка, как недавние репортажи западных телеканалов якобы с «московских улиц», на которых почему-то растут пальмы, горят машины и бегает спецназ в иностранном обмундировании, распыляя слезоточивый газ. Наглый и циничный обман, «топливом» для которого, увы, служат те несколько сотен человек, которые вышли на Лубянку или на Триумфальную площадь. Не думаю, что им даже платили за это. Их просто банально «разводят», используя в качестве материала для реализации классического сценария, описанного в любой книжке по технологиям «цветных» переворотов. (Владимир Бурматов, заведующий кафедрой политологии и социологии Российского экономического университета им. Плеханова)

Ситуация нагнеталась накануне выборов, но все это было вполне обычно, наша внесистемная оппозиция ведет себя таким образом, от цикла к циклу. В День голосования ярые оппозиционные активисты выкидывают ролики, посты, твиты об огромном количестве нарушений и несправедливости. На деле оказывается, что ролики были сняты заранее, поэтому подлинность и достоверность фактов в текстах сразу сводится к нулю. Далее «любители правды» собирают все свои силы и выводят серьезное для них, но совершенно не серьезное в масштабах страны количество человек на улицу… С этого самого момента борьба уже идет не за итоги голосования, и она отнюдь не партийная и внутриполитическая. С этого момента начинается борьба за Страну, я не преувеличиваю. Для многих россиян при этом ничего не происходит, вокруг все тихо и спокойно, а тем временем международное сообщество собирается решать нашу судьбу. За примерами далеко ходить не надо – Украина и страны Востока иллюстрируют все это достаточно ярко. Те, кто руководит процессом, прекрасно понимают конечную цель, и им уже не важно, что будет с Россией после их призывов, ведь жить в ней рядом с нами они не собираются. (Ирина Кая, «Молодая гвардия Единой России»)

Горячие головы, которые собрались выйти на московский митинг 10 декабря, служат России дурную службу. Подобные акции наглядно демонстрируют нашу разобщенность, отсутствие у нас национальной идеи, делают нас слабее, вселяя в наших врагов уверенность в том, что Великой России больше не бывать. Подобные акции протеста не принесут нашей Родине никакого блага, под какими бы справедливыми лозунгами они ни проходили. Нам так жаль не прошедших в думу демократов, которые и так чуть окончательно не загубили великую страну в девяностые? Или людей, собирающихся на площадь, так впечатлили замечания госпожи Клинтон, которая, как любой американский политик, мечтает видеть нашу страну нищей, разобщенной, погрязшей в междоусобицах!? А может, некоторые наши оппозиционеры-«поборники демократии» мечтают о своей арабской весне? Только вот желающим воплотить подобный сценарий у нас в стране следует вспомнить, каким бессмысленным и беспощадным бывает русский бунт и как обычно заканчивали его организаторы. (Павел Помыткин, «Военное обозрение»)

Митинг на Манежке наглядно продемонстрировал высокий уровень поддержки Владимира Путина, который недавно стал кандидатом от партии на президентских выборах. Массовую акцию на Манежной можно лишь косвенно считать ответом протестному митингу на Болотной, и то, лишь как демонстрацию силы большинства. Дело в том, что обсуждать по поводу минувших думских выборов по факту уже нечего. В оппозиционных партиях официально признали итоги выборов и отказались от демарша. Во всех конкретных случаях нарушений, которые были, разберется суд. Так что все конкретные вопросы по думским выборам можно считать закрытыми. Нас ждет президентская кампания, логично вытекающая из закончившейся думской. (Павел Данилин, политолог)

Наш комментарий

Нынешние выборы до вечера 4 декабря казались предсказуемыми, а политическая ситуация – стабильной, даже несмотря на широко распространенный скепсис по поводу честности электорального процесса и заведомые, почерпнутые из опыта прежних избирательных кампаний в стране, сомнения относительно соответствия официальных результатов выборов реальному волеизъявлению избирателей.

Однако уже спустя несколько часов после открытия избирательных участков в стране общественное мнение было взорвано валом сообщений о нарушениях и фальсификациях в день голосования. Многочисленные видео, фиксирующие использование технологий «карусель», вброса бюллетеней, заполнения бюллетеней членами избирательных комиссий, спровоцировали протест, который из виртуального пространства перешел в реальное.

5 и 6 декабря в центре Москвы прошли неожиданно массовые акции протеста, по итогам которых были задержаны около 1000 человек – беспрецедентное количество для подобных мероприятий.

10 декабря на московский митинг вышли несколько десятков тысяч участников – преимущественно представителей среднего класса. По данным представителей оппозиции, собравшихся было до 150 тыс. человек. В ГУВД заявляют, что число собравшихся не превысило 25 тыс. человек. Независимые оценки варьируют в достаточно широком диапазоне значений от 30 до 60 тыс. участников.

Акция протеста на Болотной площади в Москве оказалась беспрецедентной не только по количеству принявших в ней участие (пожалуй, столь масштабных массовых акций в столице ни одной политической силе, включая партию власти со всем ее административным ресурсом, не удавалось собрать за последние два десятка лет). Сенсационными следует признать и обстоятельства утверждения и согласования мероприятия с властями города в части, касающейся места, времени и формы его проведения. Не вдаваясь в подробности, отметим, что московская мэрия, вопреки своей обычной практике, фактически удовлетворила все требования организаторов акции протеста, дав разрешение сразу на два места сбора участников, а также на шествие из одной точки в другую через весь центр города, мимо стен Кремля. По сути, московские власти спасли организаторов протеста от острого внутреннего раскола между теми, кто настаивал изначально на площади Революции, и теми, кто был согласен на вариант Болотной площади. Стоит заметить также, что обе договаривающиеся стороны самым скрупулезным образом выполнили все взятые на себя обязательства и договоренности.

Большинство наблюдателей также отметили тот примечательный факт, что сотрудники полиции в основном не вмешивались в происходящее, демонстрировали образцовую выдержку и корректность, ни в чем не препятствуя участникам акции, а, напротив, содействуя им в обеспечении порядка и их собственной безопасности. В ГУВД заявили, что в ходе акции на Болотной площади в Москве полиция никого не задержала (чего не скажешь о состоявшихся в тот же день аналогичных протестных акциях в других городах страны). В свою очередь, руководители митинга со сцены поблагодарили сотрудников правоохранительных органов, заявив, что полиция работала на мероприятии «как полиция демократического государства».

Участники митинга на Болотной площади приняли резолюцию, содержащую требования о регистрации оппозиционных партий, об отмене результатов выборов в Государственную думу и расследовании всех фактов фальсификаций. Одним из требований собравшихся на Болотной площади также было отправить в отставку главу Центральной избирательной комиссии Владимира Чурова и расследовать его деятельность.

Митингующие также выразили надежду на изменение в ближайшее время выборного законодательства, обязательную регистрацию оппозиционных партий. Организаторы акции дали властям на раздумье две недели. Если выдвинутые требования не будут услышаны, пообещали они, то 24 декабря будет организована такая же акция, однако «народу соберется еще больше».

Между тем способность «несогласных» повторить достигнутый 10 декабря успех остается под большим вопросом. Акции протеста, прокатившиеся по стране и столице на минувшей неделе, способствовали не консолидации, но скорее фрагментации и дезориентации оппозиционных сил. Обстоятельства, непосредственно связанные с организацией массового митинга на Болотной площади в Москве, предшествовавшие его проведению и последовавшие после окончания, свидетельствуют о глубочайших внутренних противоречиях, отсутствии согласия в рядах «несогласных».

Во-первых, как упоминалось выше, накануне митинга острые разногласия среди организаторов акции по поводу места и формы проведения мероприятия (в каком месте собираться и что делать дальше) едва не завели лидеров «несогласных» в тупик, от которого их, по существу, спасла московская мэрия, дав добро не все, даже заведомо противоречивые и взаимоисключающие, капризы организаторов. Между тем несогласованность намерений и призывов со стороны Немцова, Рыжкова, Лимонова, Чириковой и др. организаторов создавала вполне реальные предпосылки к выходу акции за рамки закона со всеми сопутствующими последствиями, которых, не иначе как чудом, удалось избежать.

Во-вторых, не удалось преодолеть принципиальные разногласия между либерально-демократическими и национал-демократическими крыльями непримиримой оппозиции, при том что дискуссии на тему возможного тактического альянса этих сил стали в последнее время одним из наиболее актуальных трендов в соответствующей среде. Либералы и националисты заявили две независимые акции 10 и 11 декабря соответственно (при том что вторая акция осталась практически не замеченной общественным мнением).

Что касается попытки вторых все же принять участие в митинге первых – колонна националистов присоединилась к собравшимся 10 декабря на Болотной площади, – следует признать, что она обернулась конфузом и взаимными упреками. По решению Владимира Рыжкова и Бориса Немцова на сцену митинга был допущен только идеолог национал-демократического движения Константин Крылов, причем организаторы приложили максимум усилий к тому, «чтобы никто не понял, что он националист», и выбрали его как «самого спокойного». Ни лидер ДПНИ Александр Поткин, ни представители «правых» Тор и Демушкин на сцену допущены не были – им еще до митинга сказали, что они «не подходят» и аудитория митинга «не их». В результате националистам пришлось довольствоваться короткой речью Крылова (встреченной собравшимися недовольным гулом и выкриками) и забрасыванием файерами общественных туалетов на Болотной площади.

Об истинной глубине противоречий между либерал-демократами и национал-демократами (а также косвенно об истинной роли последних в деле объединения оппозиционных сил) можно судить по скандалу, неожиданно разгоревшемуся в процессе подготовки следующей массовой акции протеста, запланированной на 24 декабря. Организаторы акции, в установленный срок, минута в минуту подавшие заявку в московскую мэрию на проведение соответствующего мероприятия на Болотной площади, к своему удивлению обнаружили, что все основные площади в городе на эту дату уже зарезервированы другими политическими силами.

Мало того, как выяснилось, все соответствующие заявки были поданы… национал-демократами. «Сделали мы это отнюдь не по указке Кремля, а для того, чтобы еще раз донести до “либеральной” части организаторов – им не удастся ”приватизировать” общегражданский протест», – прокомментировал скандальную ситуацию Константин Крылов. Любопытно, что националисты буквально переняли соответствующий опыт «перехвата площадей», практиковавшийся прокремлевскими молодежными движениями в их противодействии «Стратегии-31».

Наконец, в-третьих, принципиально важным обстоятельством состоявшихся акций протеста следует признать отказ от участия в них финалистов конкурса на звание «любой другой партии, кроме ”Единой России”» – лидеров парламентской оппозиции. ЛДПР демонстративно проигнорировала все выступления и митинги, КПРФ на Болотной площади была представлена двумя второстепенными функционерами, что же касается «Справедливой России», то принявший самое активное участие в митинге Геннадий Гудков, похоже, ведет свою игру, не согласованную ни с официальной линией руководства партии, ни с партнерами по парламентской оппозиции. Геннадий Зюганов прямо характеризовал прозвучавшие на митинге (в том числе из уст Гудкова) призывы к победителям сдать в знак протеста депутатские мандаты проявлением «оранжевой заразы».

Между тем ирония заключается в том, что первую скрипку в нашумевших акциях протеста сыграли политики и движения, вообще не принимавшие участия в состоявшихся 4 декабря выборах (пусть и не по собственной воле, а в силу труднопреодолимых преград действующего законодательства), больше того, активно призывавшие избирателей не участвовать в голосовании, портить бюллетени и прочими демонстративными действиями саботировать выборы. Есть веские основания предполагать, что и среди простых участников митингов протеста значительную долю составляли те граждане, кто лично не принимал участия в голосовании 4 декабря. Что само по себе в известном смысле девальвирует выдвигаемые ими требования.

Как реагировать на столь серьезную реакцию граждан в положении предвыборного цейтнота? Что им предложить в качестве предвыборной программы к 4 марта? Если раньше любая публичная реакция или даже отсутствие таковой оставляла «тефлонового» Владимира Путина в выигрыше, то сейчас его будущая президентская каденция в значительной мере зависит от правильной реакции в ближайшие дни.

Уже можно наблюдать, как Кремль и Белый дом меняют свою риторику: вначале они предостерегали о провокациях и гражданской войне, а теперь заговорили о массовых акциях протеста как о законных проявлениях демократии и свободы слова.

В полночь 10 декабря, когда многие москвичи еще не успели остыть от всплеска адреналина после неожиданно успешного митинга на Болотной площади, американское пиар-агентство Ketchum, работающее по контракту с российским Правительством и отвечающее за формирование позитивного имиджа России за рубежом, распространило заявление Дмитрия Пескова, пресс-секретаря Владимира Путина. В заявлении говорилось: «Мы уважаем точку зрения протестующих, мы слышим то, что говорится, мы и в дальнейшем будем их слушать. Граждане России имеют право выражать свою точку зрения, в знак протеста и в знак поддержки, и эти права будут гарантироваться, пока все стороны действуют законными и мирными средствами».

Скудость официальных заявлений после субботнего митинга наводит на мысль, что власть либо затягивает с содержательной реакцией на выдвигаемые требования, либо не знает, как на них реагировать. «В правительстве России пока не сформулировали свою позицию» – эта поистине шедевральная фраза Дмитрия Пескова скорее свидетельствует в пользу второй версии.

Вместе с тем вариант затягивания нельзя признать совсем уж бесперспективным. Очевидно, что в сложившейся ситуации время работает на власть, а непримиримая оппозиция, в свою очередь, с каждым днем теряет инициативу и динамизм. 10 декабря многим могло показаться, что будь организаторы митинга хоть немного более решительны и отчаянны – и уже к концу дня они могли бы выступать не с временной трибуны под мокрым снегом, а с трибуны Государственной думы и кремлевского Дворца съездов, куда их внесла бы на плечах восторженная толпа. Теперь же вопрос уже стоит о том, смогут ли организаторы 24 декабря, в Сочельник католического Рождества, собрать хотя бы половину от того числа участников, которые пришли в минувшую субботу на Болотную площадь. Либо начавшиеся распродажи в модных бутиках на Тверской задушат в сознании новоявленных революционеров проклюнувшиеся ростки гражданского самосознания. Время покажет.