http://www.funkybird.ru/policymaker

США не заметили, что опровергли выводы «иранского досье» МАГАТЭ?

Известный доклад МАГАТЭ по Ирану, изрядную часть текста которого составляли слова вроде «вероятный», «возможный», «потенциальный» и «предполагаемый», выглядит особенно странно. Ведь в докладе МАГАТЭ недвусмысленно утверждалось, что Иран вот-вот осуществит первое испытание ядерного заряда. Однако министру обороны США об этом, оказывается, ничего не известно.

Несмотря на американские санкции и жесткую риторику Вашингтона, Иран сообщил о скором запуске очередного завода по производству обогащенного урана в подземном комплексе «Форду», расположенном недалеко от города Кум. Глава иранской атомной программы Ферейдун Аббаси Давани сообщил, что на новом объекте иранской атомной инфраструктуры уран будет обогащаться до 20,4 и 3,5 процентов. Как отмечает АР, обогащение урана до 20 процентов является пороговым показателем. Уран, обогащенный сильнее, применяется для производства ядерного оружия и на некоторых экспериментальных реакторах.

Реакция союзников США не заставила себя ждать. Глава МИД Великобритании Уильям Хейг назвал запуск объекта «Форду» «провокационным шагом», а в официальном коммюнике британского ведомства констатировали «крайнее разочарование решением Ирана начать работы по обогащению урана на объекте в Куме». По мнению Лондона, «размеры, местоположение и секретный характер» нового объекта выглядят крайне подозрительно и двусмысленно, а подобное количество обогащённого до 20% урана Ирану не нужно. «Иран уже обладает достаточным количеством обогащенного урана, чтобы обеспечивать реактор топливом на протяжении более 5 лет, и при этом он даже не установил необходимого оборудования для производства топливных элементов», — указали в МИД Великобритании.

«Если Ирану нечего скрывать, он должен использовать каждую возможность, чтобы убедить международное сообщество в своих мирных намерениях», — подчеркнул Уильям Хейг. Прежде всего, следует отметить, что «явной провокацией» открытие нового объекта не является. Это вполне плановое мероприятие, проводившееся в открытую. О своём намерении перенести в «Форду» 20% мощностей по обогащению урана в целях утроения выработки, Тегеран заявлял ещё в начале июня 2011 года. И, по словам представителя Ирана в МАГАТЭ Али Ашгар Солтание, «все работы, в частности обогащение урана в Натанце и Форду, проводятся под непосредственным наблюдением МАГАТЭ». И представители МАГАТЭ подтвердили, что весь запас урана, которым располагает Иран, находится под постоянным контролем агентства.

Желание упрятать дорогостоящий объект под многометровую толщу скал тоже понятно. Предшественник Давани, экс-глава атомного агентства Ирана Али Акбар Салехи тогда же, в середине прошлого года, пояснил, что месторасположение завода призвано обезопасить производство от возможных авиаударов американских и израильских ВВС. Эта предусмотрительность не может считаться излишней на фоне неофициальных, но решительных заявлений израильских военных о практически неизбежных авиаударах по иранским ядерным объектам. Да и участившиеся необъяснимые происшествия (сильно напоминающие диверсии и теракты) на задействованных в реализации ядерной программы предприятиях Ирана вполне объясняют необходимость принятия дополнительных мер по обеспечению их безопасности.

И уж совсем непонятно, ради чего Тегеран должен менять планы осуществления своего национального проекта в угоду британскому МИДу. Духовный лидер Ирана, аятолла Али Хаменеи исключил, что его страна пойдет на уступки и изменит свою атомную программу под давлением западных стран. «Иранская нация верит своим вождям… Санкции против Ирана, введенные нашими врагами, не окажут никакого влияния на нацию», — заявил аятолла Хаменеи 9 января во время регулярного выступления в эфире иранского государственного телевидения.

Однако, справедливости ради, следует признать, что экономическое давление на Иран дает свои результаты. После введения санкций со стороны США, курс иранского риала упал по отношению к доллару в полтора раза, до 17,2 тысячи риалов за один доллар США. Тогда как в середине декабря за доллар давали чуть больше 10 тысяч риалов. А соседи Ирана, впечатлённые его обещанием перекрыть Ормузский пролив, решили заранее обезопасить себя от возможных рисков. Министр энергетики ОАЭ Мохаммед аль-Хамли пообещал, что в июне начнёт работать «обходной» сухопутный нефтепровод, предназначенный для нейтрализации угроз Ирана.

Полностью заменить транзит через пролив нефтепровод, разумеется, не сможет. Его максимальная пропускная способность составит не более 1,8 миллиона баррелей, что составляет меньше 10% от ежесуточного прохода нефтепродуктов через Ормузский пролив. Но тенденция весьма показательна, и если дипломатическое давление заставит Иран снова высказываться о возможном перекрытии пролива, то вполне может стать вопрос о строительстве новых ниток.

С другой стороны, Белый Дом также не хотел бы, на фоне предстоящих в нынешнем году президентских выборов в США, обострять ситуацию до предела. Об этом, во всяком случае, свидетельствуют заявления американских официальных лиц. 8 января, в эфире популярного шоу «Лицо нации» американского канала CBS News обсуждали актуальные для США вопросы. Поскольку особым гостем был сам министр обороны США Леон Панетта, тематика естественным образом сместилась на военные и внешнеполитические аспекты. Так уж повелось, что эти понятия для американской дипломатии тождественны. Компанию Панетте составили в эфире председатель Объединённого комитета начальников штабов генерал Мартин Демпси и сенатор Джон Маккейн.

Наряду с рассмотрением реформы президента Обамы, предусматривающей заметное сокращение американской армии, ведущий Боб Шиффер осведомился у министра обороны о ситуации вокруг Ирана. Леон Панетта отвечал так: «Я полагаю, что экономические санкции и дипломатическое давление на Иран — это часть действительно международной стратегии. Её смысл состоит в попытках убедить Иран, что если он хочет присоединиться к международной семье наций, то он должен быть ответственным и действовать правильно. И я думаю, что давление санкций, всестороннее дипломатическое давление — Европы, Соединенных Штатов, других регионов — выполняет свою задачу. Показывая Ирану, что они не могут продолжать делать то, что они делают сейчас. Пытаются ли они создать ядерное оружие? Нет. Но мы знаем, что они пытаются обрести саму возможность разработать ядерное оружие. Вот что затрагивает наши интересы».

После этого высокопоставленные гости приступили к вопросу о возможности превентивного удара по Ирану и возможных последствий такового. Министр обороны Панетта заявил, что США могут прибегнуть к любым средствам в отношении Тегерана. Вместе с тем, он снова подчеркнул, что в настоящее время разумнее всего продолжать оказывать на Тегеран не военное, а дипломатическое и экономическое давление. Таким образом, министр обороны США открыто дал понять — никаких атомных бомб в тайных подземельях Иран не создаёт. По сравнению с ситуацией вокруг Ирака в 2003 году это, безусловно, большой шаг вперед.

На фоне этих заявлений Панетты известный доклад МАГАТЭ по Ирану, изрядную часть текста которого составляли слова вроде «вероятный», «возможный», «потенциальный» и «предполагаемый», выглядит особенно странно. Ведь в докладе МАГАТЭ недвусмысленно утверждалось, что Иран вот-вот осуществит первое испытание ядерного заряда. Однако министру обороны США об этом, оказывается, ничего не известно. Стремление же Ирана развивать ядерную энергетику, как таковую, едва ли может быть адекватным поводом для международного давления. Тем более, что, с точки зрения США, потенциальную угрозу Америке представляют абсолютно все сколь-нибудь крупные мировые державы.

В этом контексте уместно вспомнить выступление того же Леона Панетты в сентябре 2011 года, в эфире PBS. Тогда глава Пентагона озвучил «угрозы», стоящие перед его страной в ближайшее десятилетие. Помимо терроризма, кибератак, ядерных программ Северной Кореи и Ирана, а также войн в Ираке и Афганистане, глава американского оборонного ведомства причислил к требующим ответа «вызовам» Америке и укрепление стран БРИК. Такие страны, как Китай, Бразилия и Индия, не говоря уже, разумеется, о России и других, которые представляют собой вызов для нас в плане не только того, чтобы пытаться с ними сотрудничать, но и заботиться о том, чтобы они не подрывали стабильность в мире», — заявил тогда Панетта.

Сегодня же Панетта, похоже, озабочен совсем другим — как бы не подорвать мировую экономическую стабильность неуклюжими действиями собственной страны. Отсюда — стремление дозировать угрозы и сгладить искусственно созданные самими же американцами острые углы. Парадокс заключается в том, что тот прессинг, которому подвергают Иран американские власти, может привести в итоге к неблагоприятному для самой Америки ухудшению экономической конъюнктуры в глобальном масштабе. И ударить, таким образом, бумерангом по самому Вашингтону.