http://www.funkybird.ru/policymaker

Четыре урока выборов: какие задачи должна решить оппозиция

Все большие выборы позади, их итоги подведены. Путин говорит: «Мы победили!» Часть оппозиции ведет арьергардные бои в поисках фантомной возможности развернуть уже произошедшее. На самом деле нет ни победителей, ни проигравших. Есть трудный процесс демократизации общества. И он развивается. Что изменилось? Что дальше собирается делать власть и чем должна заняться оппозиция?

Урок первый. Крах старого вождизма

Вряд ли кто-нибудь голубоглазо рассчитывал, что события на Болотной и Сахарова, замечательные пробуждением политического гражданского самосознания и уже ставшие неким паролем, могут разом перевернуть российскую политическую пирамиду. Подобные иллюзии на руку власти.

Как развить сделанное на митингах? Простой ответ: новыми митингами. Но это тот случай, когда простота не спасает.

Известны факты: митинговая активность всегда связана с выборами, но может привести к их пересмотру, только если есть реальные, подтвержденные результатами выборов, шансы на победу. Так было и на арабском Востоке, и на Украине в период Майдана. В России в этом выборном цикле реальных шансов на победу среди участников выборов ни на партийном уровне, ни среди кандидатов в президенты не было. И повинно в этом отнюдь не «волшебство» Владимира Чурова.

Понимаю, что вряд ли приобрету друзей среди многих достойных участников и организаторов митингов, но убежден: митинги свое дело сделали, они дали результаты, которые сейчас требуют совсем другой работы.

Чтобы не уподобиться генералам, которые всегда готовятся к прошедшей войне, надо уметь видеть будущее. Как бы оно ни отличалось от нашей мечты о нем. Только так мечту можно приблизить.

Давайте сравним итоги парламентских и президентских выборов (см. график). Они уже открывают нам ближайшие перемены в российском политическом ландшафте.

Очевидно, что период старого вождизма заканчивается.

И для КПРФ, и для ЛДПР, и для Справедливой России характерно, что партии набирают больше голосов, чем лидеры.

Отсюда один шаг до грядущей смены лидеров. Начнется она, скорее всего, со Справедливой России, ее отрыв от Сергея Миронова (или наоборот) недопустимо разителен.

Ситуация с Владимиром Путиным и Единой Россией другая. Путин набрал больше голосов, чем Единая Россия, и это соотношение — честный результат. Путин с начала выборного цикла дистанцировался от своего партийного детища. Потому, что для него было важно подтвердить имидж национального лидера, для чего и создавался «объединенный фронт».

«Национальное лидерство» — это не блажь и не излишество. Это составной и, похоже, необходимый элемент того общественно-политического строя, который возник в России при Путине. Строй, стоящий на вертикалях власти, нуждается в том, кто эти вертикали замыкает на себя. Чем большим авторитетом лидер пользуется у населения (а у Путина такой авторитет без сомнения есть), тем устойчивее вся конструкция (к ее характеристикам я еще вернусь).

В какой-то мере Путин, передав в сентябре 2011 года формальное лидерство в Единой России Медведеву, подсунул тому свинью. Потому что последовавший провал Единой России – это показатель нежелания и неумения власти действовать в политическом поле, даже урезанном нормами «суверенной демократии».

Отсюда следует, что или Единую Россию ждет ребрендинг и приближение к статусу политической партии, а не сборища «партхозактивистов», или политическая деградация власти продолжится.

Урок второй. Партийная работа

Сравнение результатов парламентских и президентских выборов на правом фланге позволяют подвести главный итог: у либеральной, умеренно правой партии в России есть будущее.

При этом к созданию такой партии, а это основная задача оппозиции на начавшийся межвыборный период, следует подходить с открытыми глазами.

Во-первых, результат Прохорова, наверняка, включает в себя голоса тех, кто вовсе не поддерживает либеральную идею, а голосовал бы против всех, если бы такая возможность была. Во-вторых, плачевные результаты «Яблока» и «Правового дела» показывают, что правая поляна не плодоносит поддержкой избирателей в том числе и потому, что переунавожена разного рода бывшими.

Как КПРФ может получить новое дыхание, если ее возглавит Сергей Удальцов, так и новым правым жизненно необходимы новые фигуры. Найти их – первоочередная задача Михаила Прохорова.

Урок третий. Битва за Москву

Михаил Прохоров, если он вложился в политику как в долгосрочный проект, должен продемонстрировать, насколько он учел уроки больших выборов и вырос как политик. Его результат, полученный в Москве – почти 20,5% голосов по официальным данным, практически заставляет его начать борьбу за пост мэра столицы.

В этой борьбе, которую уже пора начинать, должно проявиться многое. Это тест для верховной власти и послушной ей Думы по отношению к политической реформе, которую, уходя, затеял Медведев, и прежде всего по поводу формата возвращения губернаторских выборов. Это и крещение для создаваемой новой правой партии.

Урок четвертый. Кремль укрепит оппозицию

Естественно, на результативности действий оппозиции скажется позиция власти. Какой она будет в каждом конкретном случае, предсказать невозможно. Но зато можно сделать более общие выводы.

Они строятся на двух фактах, имеющих отношение к тому, что будет происходить после выборов. Это, как уже писала «Новая газета», прогнозируемый рост цен на нефть и начатая, по еще довыборному указанию Путина, борьба за чистоту рядов менеджеров госкомпаний.

На следующий день после выборов, 5 марта, замминистра экономического развития Андрей Клепач заявил, что среднегодовая цена нефти в прогнозах повышается со $100 до $110 за баррель. В тот же день о 200 выявленных случаев злоупотреблений в руководстве госкомпаний Путину доложил вице-премьер Игорь Сечин. Роднит эти события не только 5 марта.

Есть витрина: высокие публичные цели и направленные к их реализации стратегии, а есть реальная политика. Реформы, а это всегда трудная и неблагодарная работа, делаются не из высоких побуждений, а от безысходности. Благоприятная нефтяная конъюнктура, однако, не стимулирует, а, наоборот, отодвигает ряд остро необходимых трудных реформ: пенсионную, медицинского страхования, развития образования, бюджетной сферы и т. д. Вместо принятия непопулярных решений по изменению нынешних, очевидно неэффективных институтов, их можно и дальше поддерживать нефтедоходами. А заодно перегружать бюджет и экономику в целом непомерными госрасходами.

Такая конструкция условно жизнеспособна только при подпитке нефтяными сверхдоходами, но от этого она не становится эффективнее. При рекордных ценах на нефть дефицит российского бюджета растет, резервные фонды не накапливаются, а вымываются. Устрашающий дефицит пенсионной системы продолжает расти.

Все это нельзя квалифицировать иначе, как нефтяное иждивенчество и полное небрежение интересами будущих поколений. Высокие цены на нефть позволяют продлить такой паразитический образ жизни.

Российская модель экономического развития — это не госкапитализм, это госкорпоративизм или чиновничий капитализм, одним из базисных условий существования которого являются постоянно растущие незаработанные рентные доходы. Такой модели, как когда-то говорили, имманентно присуща коррупция и другие проявления подмены государственных интересов интересами действующих от его лица чиновников.

Вот теперь можно по достоинству оценить второе событие, датированное 5 марта. На доклад Сечина о массовых злоупотреблениях в госкомпаниях Путин ответил неожиданным поручением дать предложения по введению уголовной ответственности для тех руководителей госкомпаний, кто, скрывая информацию о своей работе, через частные структуры и офшоры нанес ущерб государству.

Между ужесточением наказаний провинившихся госменеджеров и развитием чиновничьего капитализма на рельсах растущих цен на нефть связь прямая. Эффективность этого строя настолько низка, что Путин вопреки репутации начальника, не сдающего подчиненных, вынужден прибегнуть к кнуту как средству поддержания элементарного порядка.

Этот новый поворот облегчает борьбу оппозиции, поскольку подтверждает правоту оценки партии власти (всей, а не только Единой России) как «партии жуликов и воров».

Последуют ли очередные показательные процессы, неизвестно. Но последние коррупционные скандалы и, в частности, дело по обвинению замруководителя ВЭБа Анатолия Балло в участии в сомнительных кредитных операциях или появившиеся в СМИ материалы об аффилированности руководителя «Роснефти» Эдуарда Худайнатова с коммерческими структурами вызывают особый интерес.

Когда-то олигархов равноудаляли из политики, теперь чиновников равноудаляют из частного бизнеса за государственный счет. Как сталинский социализм нуждался в постоянных чистках, так и путинский капитализм требует обновления госаппарата. Разница – в масштабах и методах.