http://www.funkybird.ru/policymaker

Почему Пхеньян не пускают в космос?

КНДР готовится запустить спутник «для нужд народного хозяйства».

Комментирует политолог Андрей Лебедев:

— Сказать, что обнародованное 16 марта намерение КНДР запустить в период с 12 по 16 апреляспутник «для нужд народного хозяйства» вызвало бурную реакцию всего мирового сообщества — значит не сказать практически ничего. Соединенные Штаты спешно пригрозили не предоставлять Северной Корее обещанную продовольственную помощь в объеме 240 тысяч тонн. И добавили, что эти планы «вызывают сомнения в доброй воле Северной Кореи и в данном ею в феврале обещании прекратить ядерные разработки». В подобном тоне высказались и южнокорейцы, назвав запуск серьезной провокацией, идущей вразрез с резолюцией Совета Безопасности ООН 1874. Не остался в стороне и Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун. Он призвал северного соседа своей исторической родины отказаться от этого решения. Когда Запад рвал на куски Ливию, от подобных рекомендаций Генеральный секретарь воздерживался…

Пекин и Москва занимают более взвешенные позиции. Смоленская площадь выразила свою озабоченность, китайское внешнеполитическое ведомство призвало к сдержанности. Международная политика — вещь сложная, многое, как в шахматах, решается путем принесения в жертву второстепенных интересов и защиты главных фигур. Так что не исключено, что Россия, в итоге, осудит планы КНДР.

Попробуем расставить точки над «i». Для начала попытаемся понять, есть ли в действиях Пхеньяна, выражаясь юридическими терминами, «состав преступления», за что его можно было бы примерно наказать. Запад ссылается на принятую по итогам ракетных пусков и ядерных испытаний в 2009-м крайне жесткую резолюцию Совета Безопасности ООН 1874, запрещающую Пхеньяну, помимо ядерной деятельности, ракетные «пуски с использованием баллистических технологий». Но здесь содержится несколько нестыковок — уже с точки зрения международного права.

Во-первых, КНДР в 2009-м присоединилась к Договору 1967 года о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства. Он, в свою очередь, постулирует, что «космическое пространство, включая Луну и другие небесные тела, открыто для исследования и использования всеми государствами без какой бы то ни было дискриминации на основе равенства и в соответствии с международным правом». Следовательно, требования от Пхеньяна выполнять положения резолюцию 1874 вступают в диссонанс с основным содержанием все того же Договора о космосе, который сохраняет свою юридическую обязывающую силу.

Во-вторых, получение каким-либо государством ракетных технологий фактически никак не лимитируется. В этом — коренное различие ядерной и ракетной тематики. Расползание по миру ядерных технологий военного характера ограничивается Договором о нераспространении ядерного оружия — ДНЯО. Подписанный в 1968-м, этот документ закрепляет за СССР, США. Китаем, Францией и Великобританией монопольное право на обладание ядерным оружием. Подобные международные правовые механизмы существуют также и в отношении химического и биологического оружия. На основе этих документов были выработаны ограничительные списки, связанные с экспортом соответствующих товаров, которые, в свою очередь, играют роль функционирования системы нераспространения ОМУ.

В отношении ракетных технологий все не так. Да, существует некий Режим контроля за распространением ракетных технологий — РКРТ. Однако он, по признаниям экспертов, представляет собой некий неформальный клуб избранных государств. Тех, которые добровольно решили установить ограничения на свой собственный экспорт в области ракетных ноу-хау. Напомним: изначально это были семь самых развитых капиталистических стран, и Советский Союз там видеть не хотели. Более того, уже в 1992-м США использовали режим РКРТ с тем, чтобы заблокировать нашу почти двухсотмиллионную сделку с индийцами по криогенным ракетным двигателям. Если мировое сообщество действительно считает распространение ракетных технологий опасным явлением, то необходимо выработать четкий, юридически обязывающий и в высшей степени недвусмысленный документ — в виде договора, конвенции или хартии, которую подписала бы большая часть мирового сообщества. Отрезвляющая действительность в том, что на сегодняшний день в РКРТ состоят лишь 34 страны, в подавляющем числе — прозападной ориентации, в числе которых нет Индии и Китая.

Пока «общего согласия» нет, у США имеются лазейки, чтобы поощрять развитие ракетного оружия. Например, фактически закрываются глаза на поступательное развитие ракетных технологий у Пакистана, Израиля, далеко продвинулся в космической области Пекин. Однако никто и не пытается говорить о санкциях в отношении Тель-Авива или нашего великого восточного соседа.

Кампания о необходимости предупреждения распространения ракетных технологий уже породила массу превратных толкований. Раздаются голоса о том, что, задействуя механизмы, подобные РКРТ, стараются сдержать научное, экономическое и культурное развитие других стран. Есть даже «эксперты», которые вполне серьезно уверяют: подобным образом Вашингтон, договорившись с Москвой еще в советские времена, стремится избежать разоблачений своего фальсифицированного пилотируемого полета на Луну…

Попытки отучить Северную Корею от ракетных запусков наводят на мысль о том, что развитые страны стремятся затормозить продвижение по пути научно-технического прогресса стран развивающихся. Что замедляет и техническое развитие крупных держав: наверняка в той же северокорейской ракете применены оригинальные решения, которые можно было бы заполучить, наладив обмен информацией.

В-третьих, резолюция 1874 сама вступает в противоречие с основополагающим документом «международного правительства» — Уставом ООН, в котором постулируется принцип «суверенного равенства всех ее членов». Если Объединенные Нации позволяют Пакистану, Индии и Израилю заниматься развитием космической отрасли, то почему так усиленно хотят лишить подобной возможности КНДР?

Давайте рассмотрим предстоящее событие уже не с юридической, а с технической точки зрения. Пхеньян сообщил, в каком направлении будет осуществляться пуск ракеты. На этот раз «трасса» космического носителя пройдет не над японской территорией, как это было в 1998 и 2009 годах. Так что у Страны восходящего Солнца негодовать по поводу нарушения ее воздушного пространства причин нет. Северокорейское руководство, выделив огромные материальные и финансовые ресурсы, специально, чтобы не раздражать ни японцев, ни южнокорейцев, осуществляет пуск не с побережья Японского моря, а с берегов Желтого моря. Даже не слишком склонные к похвалам своих северных соседей южнокорейцы оценивают строительство нового космодрома как «грандиозное».

Логика же американцев проста: если уж северокорейцы сумели построить космический носитель, значит, они могут создать и ракету, способную поразить и территорию США. В этом случае у Вашингтона пропадает ощущение безнаказанности, в ответ на удар по территории КНДР может последовать возмездие. Этого наши «друзья» стерпеть не могут. Поэтому они и стремятся мобилизовать всех своих союзников, чтобы оказать максимальное давление на Пхеньян.

Почему же КНДР, отдавая отчет в резко негативной реакции мирового сообщества, решилась на запуск ракеты-носителя? Причина довольно проста. В стране 15 апреля будут отмечать сотую годовщину со дня рождения Ким Ир Сена, дату эту, как водится, необходимо ознаменовать масштабными достижениями. В условиях, когда, подобно послевоенному СССР, основное внимание уделяется обороне и науке, а промышленность развивается по мере возможности, единственный приемлемый вариант — резонансные научные события. Так как Пхеньян ведет торг о цене прекращения своей ядерной программы, единственный вариант — запуск спутника.

Северокорейцы, конечно, осознают, что могут испортить отношения с сильными мира сего. Однако Пхеньян понимает: у Вашингтона сегодня связаны руки в Афганистане, да и его верный израильский союзник пытается привлечь США к планируемому удару по Ирану. Китай, по мнению северокорейцев, вряд ли будет ссориться: несмотря на строжайшие санкции Совета Безопасности ООН, Поднебесная снабжала Страну чучхе продовольственной помощью, продолжала, хотя и в ограниченных масштабах, сотрудничество в военной области. Япония и Южная Корея будут действовать лишь в рамках указаний «родственников» из Белого дома.

Что же касается Москвы, то Пхеньян возлагает свои надежды на наше руководство, при котором российско-северокорейские отношения достигли наивысшей точки развития. Одним словом, отыскать в действиях Пхеньяна что-то криминальное крайне сложно. Другое дело — постараться поставить космическую деятельность КНДР под полный международный контроль, против чего, видимо, там возражать не станут. Есть и еще один вариант: предложить в будущем запускать северокорейские ракеты с российского космодрома Восточный, строительство которого уже фактически началось.