http://www.funkybird.ru/policymaker

Как Россия ведёт глобальную игру в Азии

Россия ведёт тщательно продуманную и сбалансированную игру в Центральной Азии — высказываемое ею беспокойство об американском военном присутствии — лишь часть этой игры.

В соответствии с их постсоветской политикой, российские официальные лица последовательно выражали поддержку миссии НАТО в Афганистане. В конце концов, они не хотят, чтобы силы североатлантического альянса в обозримом будущем покинули эту страну, так как опасаются, что афганское военное бремя будет свалено на них. Но если НАТО сможет стабилизировать ситуацию в Афганистане, русские будут первыми, кто потребует вывода Западных войск. И в то же время, русские чиновники намерены ограничить военное присутствие НАТО в Евразии, делая его зависимым от доброй воли Москвы.

До недавнего времени большинство стран НАТО осуществляло транспортировку невоенных грузов через Карачи. Но с закрытием пакистанского маршрута в конце ноября 2011 года, почти все поставки НАТО теперь транспортируются в Афганистан через так называемую Северную Распределительную сеть (NDN). NDN, которая используется прежде всего для невоенных грузов и оборудования, соединяет Балтийские и Каспийские порты с Афганистаном через Россию, Центральную Азию и Кавказ. Эта 5 000-километровая сеть транспортировки осуществляет доставку грузов к европейским портам, где они погружаются в железнодорожные вагоны и самолеты, и отправляются через территорию России в Казахстан или Узбекистан. Оттуда груз помещается на грузовики или поезда для отправки в Афганистан.

Только самые важные поставки в Афганистан осуществляются по воздуху — это оружие, боеприпасы, критически необходимое оборудование и американские солдаты, которые входят в Афганистан и покидают его через базу транзитных перевозок Манас в Кыргызстане. Хотя официально Манас и не входит в NDN, почти все силы НАТО в Афганистане перебрасываются через эту авиабазу, которая также обеспечивает дозаправку в воздухе, аварийную эвакуацию и другие необходимые услуги.

Министр обороны США Леон Панетта отправился в Кыргызстан в этом месяце, чтобы при встрече с новым правительством подчеркнуть всю важность данной базы, которую Вашингтон использует для поддержки военных операций с конца 2001 года, выполняя миссию в Афганистане. Значение базы выросло после того, как Пентагон был выслан из Узбекистана в 2005 году из-за споров между политиками о нарушениях узбекского правительства в области прав человека.

Пентагон в настоящее время платит около $ 60 млн. в год за использование объекта, по сравнению с $ 17 млн до истечения предыдущего соглашения, которое было переподписано на новых условиях ​​в 2009 году. 1500 американских военнослужащих и частных подрядчиков при этом покупают товары и услуги местной экономики. Испытывая недостаток в нефтяных и газовых ресурсах, найденных в других Центральноазиатских странах, этой не имеющей выхода к морю бывшей советской республики с населением 5,5 миллионов человек, требуются другие источники дохода. Поэтому киргизское правительство указало, что, даже если США больше не могут использовать базу для проведения военных операций, они могли бы её задействовать при транспортировке невоенных грузов.

Тем не менее, NDN не может полноценно функционировать без доступа к российской территории. Поэтому Москва оказалась в ключевой позиции с точки зрения удовлетворения материально-технических потребностей НАТО в Евразии. Хотя Россия хочет, чтобы силы НАТО остались в Афганистане в настоящее время, ей при этом хочется сохранить своего союзника — Иран, углубить центральноазиатские страхи о постоянном американском военном присутствии в их регионе, а также напомнить Вашингтону, что Кремль по-прежнему считает страны бывшего Советского Союза своей стратегической зоной влияния.

В результате, русские политики пытаются усилить опасения стран Центральной Азии по поводу вероятной войны США с Ираном, и предупреждают их о том, что американцы, пользуясь различными привилегиями на территории этих стран, втянут их в войну. Российские СМИ, контролируемые государством, в свою очередь, поддерживают Иран, и утверждают, что американцы используют военные объекты в Центральной Азии не для защиты местных властей от талибов или аль-Каиды (как утверждают сами США), а с целью проведения различных операций в Иране. Например, в 2010 году, англоязычное телевидение России Russia Today процитировало высказывание киргизского политолога Токтогула Какчекеева: “Грустно, что американская авиабаза теперь стала коридором для транзита проамериканских боевиков из суннитских повстанческих группировок, которые организуют атаки на Иран.”

Совсем недавно, когда сильно обострилась обстановка в Персидском заливе, российское руководство грамотно воспользовалось ситуацией — предупредив центральноазиатские страны о возможных рисках. Русские заявили, что страны, которые обеспечат США и Израилю доступ к военным объектам и выделят воздушные коридоры, могут оказаться втянутыми в войну. В феврале этого года, например, представитель российского Министерства иностранных дел Александр Лукашевич предостерег эти страны, сказав: “Нельзя исключать, что данный объект может быть задействован в потенциальном конфликте с Ираном”. А это, по его словам, будет являться прямым нарушением со стороны Пентагона договора об аренде базы.

«Страны Центральной Азии и, в частности, президент Кыргызстана Алмазбек Атамбаев, серьёзно обеспокоены катастрофическими последствиями гипотетического военного удара по Ирану», — добавил он.

Российское Министерство иностранных дел также утверждало, что Западные державы используют иранскую ядерную проблему, чтобы “в очередной раз вырезать на геополитической карте большой богатый углеводородами регион, который включает в себя Центральную Азию”. Аналогичные заявления киргизский президент Альмазбек Атамбаев сделал 24 февраля, во время своего визита в Москву. На протяжении всей своей избирательной кампании, Атамбаев заявлял, что он не будет продлевать аренду Пентагоном объекта после истечнеия срока договора в июле 2014 года. Хотя киргизские власти и утверждают, что Соединенные Штаты не могут использовать базу для военных операций против Ирана и любых других целей, кроме поддержки миссии НАТО в Афганистане, Атамбаев выразил тревогу, что Иран в ответ на удары США атакует базу Манас .

Эта тактика сеяния страха среди государств Центральной Азии уже успела оправдать себя ещё в конце прошлого года. Тогда лидеры России, Кыргызстана, Армении, Беларуси, Казахстана, Таджикистана и Узбекистана собрались на заседании Организации Договора о коллективной безопасности, где подписали важный документ. Согласно которому, размещение иностранной военной базы в стране-участнице организации возможно только в случае одобрения данной инициативы всеми правительствами членов ОДКБ. Цель этих мер — ограничить американское военное присутствие в Евразии, а также сделать его зависимым от доброй воли Москвы, повышая таким образом влияние России.

Президент России Дмитрий Медведев на февральской встрече с Атамбаевым в Москве развил тему, поднятую Лукашевичем, чтобы ослабить давление Запада на Сирию. Он утверждал, что события «на Ближнем Востоке (вокруг Ирана, Сирии, и некоторых других стран) имеют непосредственное влияние на ситуацию в нашем регионе». Медведев призвал правительства этих стран тесно сотрудничать с Россией в борьбе с этой угрозой.

Опасения правительств стран Центральной Азии о нападении США на Иран оправданы? Скорее всего, нет — очень маловероятно, что США нападут на Иран, Сирию, или любые другие ближневосточные страны, с территории Средней Азии, учитывая имеющиеся в распоряжении Пентагона более подходящие и лучше расположенные военные объекты и платформы в Персидском заливе, на суше и на море. Например, палубная авиация ВМС США могла бы бомбить ядерные объекты без необходимости лететь через воздушное пространство других стран.

Но это не остановит русских чиновников, которые делают упор именно на иранскую угрозу, не в последнюю очередь потому, что они хотят отвлечь государства Центральной Азии от их разногласий с Москвой. Например, следует напомнить, что перед приездом в Москву, Атамбаев упрекал Россию в её неспособности выплачивать достаточную компенсацию Кыргызстану за размещение русских военных объектов, в том числе военно-воздушной базы в Канте, крупнейшей военной базе России в Центральной Азии. В интервью «Коммерсанту», Атамбаев тогда заявил, что база должна быть закрыта, так как она не способствует укреплению региональной безопасности и от неё нет никакой пользы, кроме как «лесть тщеславию русских генералов».

Таким образом, Атамбаев стремится не только выручить побольше денег для Кыргызстана, но и хочет продемонстрировать киргизскому народу свою жёсткую националистическую позицию, а также свою способность противостоять, и даже манипулировать великими державами. (В Кыргызстане самая демократическая политическая система в Центральной Азии, и поэтому политические деятели вынуждены уделять большое внимание своей популярности, чтобы обеспечить своё переизбрание).

В российском Министерстве обороны, в свою очередь, заявляют, что согласно условиям аренды они не должны платить за базу в Канте, которую Москва определила как объект в рамках Организации Договора о коллективной безопасности, а не как российскую базу. (Это так, однако, по данным Коммерсанта, Россия не оплатила аренду трёх других военных объектов и перестала выполнять в 1993 году контракт на поставки оружия и оказание помощи Кыргызстану в военной подготовке, которые были обещаны Москвой в обмен на размещение баз).

Но в то время, как споры России с Кыргызстаном проходили в тени и мало освещались международными СМИ, другая сторона внешней политики Кремля была у всех навиду – это связи с Тегераном.

Интересы России и Ирана в отношении Центральной Азии во многом совпадают — это и продвижение энергетического и экономического развития региона как альтернативы Западным рынкам, противостояние поддерживаемому суннитами терроризму, и ослабление американского влияния в регионе. Таким образом, Россия поддерживает иранские устремления в ограничении американского военного присутствия в Центральной Азии и соседних регионах, включая территорию, воздушное пространство и военные объекты. В том числе и те, которые США могли бы использовать для нападения на Иран.

Тегеран всегда признавал и уважал интересы Москвы, ведя свои торговые отношения со странами Центральной Азии. Например, Иран поддержал военное вмешательство России во время гражданской войны в Таджикистане. Для Ирана двусторонние отношения с Россией остаются более важными, чем его по-прежнему ограниченные отношения с центральноазиатскими государствами. Кроме того, поскольку Иран надеется расширить свои торговые отношения со странами Центральной Азии, и поэтому он опасается появления другой обременительной гражданской войны, такой как в Афганистане, которая фактически «затопила» Исламскую Республику миллионами беженцев. Исходя из этого, Тегеран рассматривает российские военное присутствие, как залог стабильности, что, безусловно, его устраивает.

Таким образом, это означает, что Запад борется с союзом Москва-Тегеран? Это не совсем так. Несмотря на некоторые общие интересы, важно не преувеличивать качество отношений между Россией и Ираном. Связи Тегерана с международным терроризмом, поддержка антиправительственных группировок в Ливане и других странах, и, прежде всего, его спорная программа по развитию ядерной энергетики — всё это вынуждает Москву держаться на расстоянии от Тегерана.

В действительности же, Москва пока поддерживает Тегеран в решении его проблем в Центральной Азии, но как и Вашингтон со своими союзниками по НАТО, Россия гораздо больше заботится о продвижении своих интересов.