http://www.funkybird.ru/policymaker

Запад и Россия перестанут понимать друг друга

На прошлой неделе Владимир Путин в последний раз отчитался перед российской Думой как премьер-министр. Через несколько недель он переедет из кабинета в Белом доме обратно в Кремль.

В остальном трудно сказать, какие ощутимые перемены произошли в России с тех пор, как этой зимой тысячи людей вышли на московские улицы, чтобы протестовать против парламентских и президентских выборов, на которых вновь победили Путин и его партия «Единая Россия». Путин по-прежнему остается самым популярным в стране политиком, а «Единая Россия» — самой популярной партией. Хотя делать прогнозы — глупое занятие, у нас практически нет оснований думать, что Путину грозит покинуть Кремль до истечения шестилетнего президентского срока.

Хуже всего то, что в эти шесть лет Запад и Россия, скорее всего, будут продолжать фундаментальным образом не понимать друг друга из-за глубоко укоренившихся предубеждений и взаимной склонности к упрощениям. Путин в глазах общества выглядит карикатурным диктатором, чему способствуют его сходство с образами злодеев из бондианы и его агрессивная риторическая манера. Остальная часть российского политического класса практически игнорируется СМИ (кроме специализированных изданий). Устоялась идея о том, что «государство — это Путин».

Читайте также: Переизбрание Путина ускорит реализацию инфраструктурных проектов

На деле все, разумеется, намного сложнее. В России сложилось коллективное руководство, состоящее из множества групп, программы которых зачастую противоречат друг другу. Безусловно, Путин — самый сильный игрок, но его власть основана на том, что именно благодаря его усилиям ни один из элементов российского правящего класса не получает окончательного преобладания над другими. Путинский режим авторитарен, но он сам — не диктатор.

Упрощенная схема, фокусирующаяся на самом Путине, а не на его режиме, не позволяет понять многое из того, что происходит в России — например, что подконтрольно властям, а что — нет. В результате мы не можем установить с Россией необходимое сотрудничество. Вместо этого как в прессе, так и в политическом дискурсе происходит постоянная персонализация отношений Запада и России, которая эти отношения только портит.

Это неудивительно. Я лично не встречался с Путиным, но мне говорили, что его личность мало отличается от его имиджа. Он действительно склонен проявлять подозрительность, злопамятность и недоброжелательность. Какими бы ни были его положительные качества как лидера, для дипломата все это — не лучшие свойства характера. Неслучайно, при уходящем сейчас президенте Дмитрии Медведева отношения между Востоком и Западом ненадолго расцвели, даже несмотря на начавшуюся вскоре после его прихода к власти войну в Южной Осетии. Дав при нем согласие на операцию НАТО в Ливии, Россия серьезно отошла от своей традиционной внешней политики, основанной на признании высшей ценностью государственного суверенитета.

Медведева зачастую считают лишь марионеткой Путина. Однако постепенное, но заметное улучшение отношений во время его президентского срока указывает на то, что это не так. Хотя Путин был более могущественным, позиция, занятая Медведевым, заставляла признать, что российская власть сложнее, чем казалось раньше, и открывала новые пути для взаимодействия и влияния. Возвращение Путина, которого упрощенно воспринимают как репрессивного диктатора, вернувшего себе власть, может угрожать достигнутому за последние четыре года прогрессу.

Это не означает, что мы должны не обращать внимания на постоянные нарушения в России прав человека и демократических норм. Однако нам следует лучше выбирать друзей. Скажем, бывший премьер-министр Михаил Касьянов стал одним из основных голосов оппозиции в западных СМИ и, соответственно, в общественном сознании. Между тем в России его иногда называют «Миша Два Процента» из-за слухов о том, что в девяностые, когда он был министром финансов, он за 2% комиссии закрывал глаза на взяточничество и коррупционные сделки. Впрочем, даже это бледнеет по сравнению с прошлым олигархов Михаила Ходорковского и Бориса Березовского — как бы несправедливо и жестоко ни обошелся с ними впоследствии путинский режим. Если выдвигать их как символы антипутинской оппозиции, это только усилит путинизм.

Многие россияне, зачастую осознавая недостатки путинизма, отождествляют с продвигаемыми Западом демократией и либерализмом коррупцию и экономический хаос, которые охватили Россию в 1990-х годах. Чем сильнее будет разгораться конфликт между Россией и Западом, тем проще будет Кремлю раздувать старые страхи и с их помощью подавлять инакомыслие и стабилизировать ситуацию. Эта стратегия со временем теряет эффективность, но все еще достаточно действенна.

Нам нужно лучше понять государство, которое Путин возглавляет, и народ, которым он управляет. Это необходимо, чтобы избежать роста антагонизма в следующие шесть — а то и 12 — лет, которые Россия проведет под властью Путина. Также это поможет нам оказывать на них влияние. Но для этого нам нужно отказаться от некоторых стереотипов о Путине и путинизме.