http://www.funkybird.ru/policymaker

Итоги года: год был полон важными событиями

Это, прежде всего, «арабская весна», которую назвали «твиттерной революцией». Она началась в декабре 2010 года в Тунисе, но по настоящему развернулась в 2011-м. Развернулась с эффектом домино — в Египте, Ливии, Марокко, Йемене, Бахрейне и Сирии.

Спору нет, «Твиттер» и «Фэйсбук» свою роль в сколачивании воинственной «виртуальной толпы» сыграли. Но с учетом особенностей арабского мира только новыми технологиями массовые выступления там объяснить нельзя. Энергию бунта повстанцы черпали преимущественно в мечетях.

Начало волнений на Ближнем Востоке многим показалось началом демократизации этого региона. Однако уже в феврале-марте появились экспертные оценки, согласно которым «арабская весна» могла обернуться исламизацией режимов. У тех, кто по зову Интернета вышел на площади североафриканских и ближневосточных столиц, четких программ не было. Это важная особенность организованных таким образом выступлений, будь то сражения на площади Тахрир, недавний бунт в городах Англии или прошедшие во многих странах мира демонстрации «оккупируем Уолл-стрит». Ни программ, ни особых идей нет, а требования — есть. В Северной Африке и на Ближнем Востоке — «долой коррупцию», «долой безработицу», но главное — «долой Мубарака, Бен Али, Каддафи, Салеха, Асада». И все. Толпящимся на площадях казалось — стоит сместить надоевших владык, и все наладится.

В Тунисе и Египте под лозунгами «долой» удалось несменяемых и коррумпированных лидеров вытеснить с политического поля. А на это поле вышли организованные религиозные партии «Эннахда» и «Братья-мусульмане». И те, кто начинал арабскую весну в этих странах под демократическими лозунгами смены власти, этим монолитным и идейным группам на свободных выборах проиграли. Хорошо, если мнение об «Эннахде» и «Братьях-мусульманах» как об «умеренных исламистах» и в самом деле подтвердится.

С таким предопределенным исходом арабских выборов я встречался в бытность свою в ПАСЕ. Мне пришлось быть наблюдателем этой организации на свободных выборах в Палестине. Чтобы предположить победу ХАМАС, особой проницательности не требовалось. Так и случилось. Правда, времена меняются, и нет оснований считать, что в Тунисе и Египте вовсе никаких демократических преобразований не будет. Они вполне возможны, но, разумеется, с опорой на культурные основы населения этих стран.

Силовое вменение норм западной демократии и, тем более, ценностей в арабском мире не проходит. Например, не успели американские военные покинуть Ирак, как властями этой страны был выдан ордер на арест вице-президента Тарика аль-Хашеми. Это притом, что этот подозреваемый в терроризме вице-президент суннит, а пост премьер-министра занимает шиит Нури аль-Малики. Пока между политиками-суннитами и сторонниками иракского премьера «нарастает напряженность». Ну а если там начнется серьезное противостояние? К тому же, может быть, случайно, но Тарик ал-Хашеми на момент выдачи ордера находился ни где-нибудь, а в Курдистане…

В Ливии «арабская весна» обернулась гражданской войной. Мне пришлось в разгар событий выполнять поручение, которое я получил во время саммита «восьмерки» в Довиле, и побывать последовательно в Бенгази и Триполи. И там, и там никто не хотел никаких переговоров. После принятия Резолюции СБ ООН 1973 исход войны в Ливии был, по сути, предрешен.

В 2011 году произошли и другие, помимо «арабской весны», заслуживающие внимания международные события. Это и кризис еврозоны со сменой руководства Греции и Италии, и авария на АЭС «Фукусима». Ликвидация Бен Ладена и теракт в Норвегии. Скандал, связанный с экс-главой МВФ Домиником Стросс-Каном, и суд над Юлией Тимошенко. Разногласия между Россией и США по проблеме европейской ПРО. Но я — спецпредставитель президента России по Африке. Поэтому наиболее яркие впечатления у меня связаны, конечно же, с работой на этом континенте.

Мне пришлось побывать практически во всех африканских странах южнее Сахары. Перечислять все уровни встреч не имеет смысла. Скажу только, что Россия активно возвращается в Африку. А важным итогом своей годичной работы считаю прошедший 16 декабря в Аддис-Абебе бизнес-форум «Россия-Африка». Здесь уместно заметить следующее. В 90-х годах мы практически ушли из Африки, освободив поляну для бизнеса США, Евросоюза и Китая. Китая — особенно. И сегодня для успеха в конкуренции нашему бизнесу здесь требуется прямая государственная поддержка. Такую поддержку своим компаниям оказывает тот же Китай — один из лидеров по объему инвестиций в африканскую экономику.

С другой стороны, необходимо и предрасположение властей стран Африки к работе наших предпринимателей на континенте. Одним из инструментов такого взаимодействия и должен стать форум «Россия-Африка», стать, если угодно, подобием Давоса для Африки. По общему мнению, этот «стартовый» форум прошел успешно, на вполне представительном уровне с обеих сторон. Уместно сказать, что вторым сопредседателем форума был премьер-министр Эфиопии Мелес Зенауи.